Учредитель: Правительство Республики Башкортостан
Соучредитель: Союз писателей Республики Башкортостан

ЕЖЕМЕСЯЧНЫЙ ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКИЙ ЛИТЕРАТУРНО-ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ЖУРНАЛ
Издается с декабря 1998
Прямая речь

Три абзаца от Савельева

Привет, я Игорь Савельев. Каждую неделю на сайте «Бельских просторов» я буду отпускать комментарии по событиям литературного процесса. Надеюсь, со временем ко мне присоединятся мои молодые коллеги, хотя я и сам еще не очень стар.

По-настоящему серьезных и значимых литературных журналов так мало, что не удивительно, что все они наблюдают друг за другом с пристальным интересом. Условный приз за креатив этой осени может получить «Октябрь», презентовавший неделю назад сдвоенный российско-китайский номер. Оказывается, главный литературный журнал Китая тоже носит название «Октябрь» («Шиюэ»), он основан в 1978 году после т.н. «Культурной революции», то есть он сильно младше российского собрата, но тиражи, конечно, не сравнить. Вот «Октябри» и выпустили совместный номер, где напечатали многих заметных российских (Роман Сенчин, Евгений Попов, Валерий Попов, Александр Кабаков) и китайских писателей. Интересно, что происходит это на фоне ситуации, которая встревожила многих: власти Москвы выселили «Октябрь» из помещения, которое он занимал лет семьдесят. Несведущий человек скажет – ну, подумаешь, редакция переехала. Только, по-моему, переезжать было некуда (новый адрес журнала на сайте не значится, не исключаю, что его делают теперь дистанционно, «на коленке»), а во-вторых – потеря литературным журналом помещения в центре Москвы – трагедия, которая всегда рассматривалась в литературной среде практически как «смерть журнала».

 

Об этой опасности заговорили не в 90-е, которые принято называть «лихими» (и именно тогда журналы переживали обвал тиражей и обнищание), а в относительно сытые нулевые. Тогда-то, насытившись нефтедолларами, власть и обратила внимание, что «золотые» помещения в центре занимает такая непонятная бизнесменам и чиновникам культура, как толстые журналы, да еще и мало платит за это. Когда-то журналам установили льготные арендные ставки. Сейчас трудно вспомнить, для кого прозвенел первый звоночек лет десять назад. Кажется, для «Нового мира»: его здание, принятое на баланс еще Твардовским в конце 60-х, парадоксально оказалось бесхозным. Поскольку всё постсоветское время федеральный центр и московские городские власти не могли договориться – кому из них оно принадлежит, «Новый мир» подождал и тихонько выиграл арбитражный суд как «добросовестный арендатор бесхозного помещения на протяжении более 15 лет». Тут-то власти очнулись, сломали решение суда и заговорили о выселении «Нового мира». Помню, что именитые писатели подписывали какие-то петиции, и выселение удалось отменить. Сегодня «Новый мир» работает по прежнему адресу, но, естественно, без серьезных гарантий.

 

Тогда, объясняя, почему толстый журнал такой значимости не может делаться на дому или сидеть в каком-нибудь коворкинге на окраине, писатели объясняли: а место встреч литераторов, место, куда могут придти авторы из провинции?.. А уникальный архив?.. Библиотека?.. Прямо говорилось – стоит выселить такой журнал из «культурной среды» московского центра – и он умрет. Но оказалось, что, во-первых, эти аргументы чаще всего – пустой звук для чиновников, а во-вторых, толстые журналы более живучи, чем думалось даже их редакторам. В последние несколько лет тихо-тихо лишились помещений несколько журналов. Сначала из «Дома Ростовых» на Поварской попросили «Дружбу народов»: в 2012 году на эту тему было много публикаций в СМИ. Потом – уже совсем тихо – с Большой Садовой съехало «Знамя». Так тихо, что об этом даже мало кто знает из авторов, нечасто бывающих в редакции (теперь она сидит в Воротниковском переулке). Потом – эта история с «Октябрем», тоже окруженная странным молчанием: для всего литсообщества стала сюрпризом большая статья об этом – «Октябрь стерли ластиком»: ее опубликовал Павел Басинский в «Российской газете» https://rg.ru/2017/05/29/reg-cfo/basinskij-s-kulturnoj-karty-moskvy-nezametno-ischez-zhurnal-oktiabr.html. Сами сотрудники «Октября» ничего об этом не заявляли и довольно долго воздерживались от комментариев даже после выхода этой статьи.

 

Оказалось, однако, что продолжают выходить и «Октябрь», и «Знамя», и «Дружба народов», ничего не растеряв. Я не веду к мысли, что риторика «переезд равен смерти» оказалась неправдой. Я радуюсь тому, что запас прочности у толстых журналов остается большим. Они пережили и катастрофу с подпиской в 90-е, катастрофу с потерей массового читателя и тиражей, сейчас переживают период потери советских же помещений, но не сдаются. Но сколько испытаний им еще предстоит?    



Читать далее...

Уголок журнала

Из картинной галереи
1 (10).jpg
1 (10).jpg
О.Цимболенко. Портрет велосипеда (2009)
О.Цимболенко. Портрет велосипеда (2009) Молодые художники Уфы
Мост через р. Белая
Мост через р. Белая
Зимний вечер (1983)
Зимний вечер (1983) Константин Головченко

Публикации

Светлана Рустэмовна Чураева родилась 13 июня 1970 г. в Новосибирском Академгородке. Окончила БашГУ. Автор нескольких книг прозы, поэзии, публицистики. Соавтор перевода на русский язык Государственного гимна РБ. Лауреат более десятка республиканских и федеральных литературных и драматургических премий. Член Союза писателей России, Башкортостана и Санкт-Петербургской ГО. Заместитель главного редактора журнала «Бельские просторы».

Краткий курс сотворения мира. Эссе по истории финансов в России 1985 – 2015 гг. Продолжение. Начало в № 12.2016

№ 9 (226), Сентябрь, 2017

 

*Публикуется в журнальном варианте

 

Продолжение. Начало в №№12,2016 – 08.2017

 

«Посмотрите, вот он без страховки идёт…»

 

«Посмотрите, вот он без страховки идёт, чуть правее наклон – упадёт, пропадёт! Чуть левее наклон – всё равно не спасти…» – пел Высоцкий в сонное брежневское время, не подозревая, что вскоре так можно будет сказать не о представителе рисковой профессии, а о каждом жителе огромной страны.

Вдоволь находившись по канату, «натянутому, как нерв», в начале нового столетия российское общество захотело уже не перемен и очередных свобод, а сытости и безопасности. Чтобы можно было, говоря словами известной телерекламы, ставшими афоризмом, «заплатить налоги и жить спокойно». Обустраивать жилище, растить и учить детей, расслабляться на курортах…

В последнее десятилетие ХХ века о сытой и безопасной жизни можно было только мечтать – одно исключало другое. Конечно, отсутствие сытости не гарантировало полную безопасность, но давало хотя бы успокаивающую незаметность. Финансовое же благополучие, даже скромное, подразумевало постоянное беспокойство.

А ведь хотелось без тревоги думать о завтрашнем дне, начать, пусть понемногу, на него откладывать, перестать тратить лихорадочно всё, что удавалось добыть…

«До тех пор, пока не заработала система страхования вкладов, материальные потери людей были очень существенны, – рассказывает председатель Национального банка РБ Марат Данилович Кашапов. – Но более существенна была утрата доверия. Ведь люди доверяли деньги банковской системе, в том числе надеясь, что государство осуществляет за банками эффективный надзор и не допустит катастрофы. И каждый случай банкротства банков воспринимался как серьёзный удар по всей банковской системе, потому что граждане переставали доверять банкам и переставали доверять деньгам. А главная задача центрального банка – это именно поддержание доверия к деньгам, к банковским вкладам, к любым финансовым обязательствам в экономике с тем, чтобы деньги работали на неё. Потому что, если нет доверия к деньгам, не будет никаких нормальных товарно-денежных отношений и инвестиций в экономике, не будет нормальной спокойной жизни общества».

23 декабря 2003 года был принят Федеральный закон «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации», в январе 2004 года была создана государственная корпорация – «Агентство по страхованию вкладов».

«Весь 2005 год проходил под знаком создания системы страхования вкладов, – писал историк Николай Кротов. – 27 марта закончился первый этап вступления в неё банков, а 27 сентября – второй»[1].

Обывателю невозможно представить, какими усилиями, какими жертвами создавалась система, призванная вернуть доверие к деньгам.

«Ведь для того, чтобы система страхования вкладов заработала, надо было отобрать в неё те банки, которые действуют добросовестно, – вспоминает возглавлявший до 2013 года Национальный банк РБ Рустэм Хабибович Марданов. – Жуликов же туда нельзя допускать: они войдут в систему, “кинут” всех, и надо будет за них расплачиваться. Проводились совещания: можем ли мы взять на себя такую ответственность – грубо говоря, отделить жуликов от нежуликов?»

Нечестные банкиры отчаянно сопротивлялись, всеми неправдами стремились попасть в категорию честных. Поэтому на сотрудников Центробанка и Агентства по страхованию вкладов оказывалось чудовищное давление.

А Банк России пошёл на ещё более решительный шаг, настороживший поначалу и добросовестных участников процесса, – на введение института кураторов. «Кто такой куратор? – объясняет Рустэм Хабибович. – Это человек, который находится в самом банке и фактически присутствует при принятии решений. Ведь невозможно эффективно осуществлять надзор, когда ты судишь только по последствиям. Нужно быть непосредственным свидетелем процесса. Многие возмутились: ну как это? “С какой стати у нас будет сидеть посторонний? Он за что-то здесь вообще отвечает? А он не сольёт нашу информацию на сторону?” Но тут было большое доверие к первому заместителю председателя Центрального банка Российской Федерации Андрею Андреевичу Козлову, все понимали, что он кристально чистый человек. И добросовестные поверили лично ему, а потом поняли, что это нововведение правильно».

Как комментирует нынешний заместитель Председателя Банка России, тогда директор департамента лицензирования деятельности и финансового оздоровления кредитных организаций Центробанка Михаил Игоревич Сухов: «Во всём мире оценка деятельности банков проводится по определённым обязательным нормативам. У нас после принятия Закона “О банках и банковской деятельности” в 1990 году тоже были введены нормативы, позже, в 1996 и 2002 году, в них вносили некоторые изменения. Однако многие содержательные вещи тогда прописаны не были. Именно эти пробелы были восполнены в законе о страховании банковских вкладов. Так появились критерии оценки банков, вступающих в систему страхования. В первую очередь дополнения касались внутреннего контроля в банках, системы управления рисками и открытия структуры собственности. Раньше эти положения в качестве жёстких критериев не существовали. После принятия закона за месяц, отведённый для принятия нормативных актов, мы подготовили соответствующие инструкции. В профессиональном сообществе они не вызывали аллергии. Тем более что мы привлекали к их разработке представителей крупнейших банков и банковские ассоциации».[2]

Постепенно – шаг за шагом – восстанавливалось, с одной стороны, доверие людей к банковской системе в целом, а с другой, – доверие самих банкиров к действиям государства в лице Центрального банка.

Депутат Государственной думы Российской Федерации, член Национального банковского совета от Госдумы Павел Александрович Медведев, оценивая ход реализации Федерального закона «О страховании вкладов», сказал,: «На 98% и Центральный банк, и банковское сообщество справились с проблемой. Но Центральному банку так вроде бы и положено, а вот банковскому сообществу надо комплимент сделать.

Банковское сообщество, безусловно, стало к тому времени очень респектабельным. Я имел возможность наблюдать, что называется, из-за кулис, с помощью своих знакомых банкиров, как некоторые банки очень заметно подтянулись в процессе проверки, ну и другие продолжают подтягиваться и сейчас, понимая, что был сделан некоторый аванс, когда их приняли в систему страхования»[3].

 

 

«Сказка о твёрдом слове»

 

Понятие нормы, здоровья, стало очень цениться в российском обществе, уставшем от хронической лихорадки. В хаосе жить невозможно, общество соскучилось по упорядоченности бытия. Понятие нормы, образца в английском языке обозначается ставшим интернациональным словом «standard».

«Что такое стандарт? – спрашивает Рустэм Хабибович Марданов. – Года два ушло на то, чтобы выбить из людей идеологию госстандарта. В СССР государство формулировало стандарты – на рецептуру продуктов, на одежду, да почти на всё. Логика банковских стандартов качества, конечно, иная. Качество достигается не тем, что ты придерживаешься каких-то там скрижалей. Нет, надо точно понять, что нужно тому, кто потребляет твой продукт. И попробовать заложить это в требования к продукту. И если ты сможешь это сделать, то тогда продукт будет качественный. То есть он будет изготовлен в соответствии с пожеланиями того, для кого предназначен. Сложность заключается в том, что мы исходим из интересов не одного из участников процесса, а всех заинтересованных сторон. В банковском деле есть государственные органы со своими интересами, есть собственники, для которых важна прибыль, есть сотрудники, заинтересованные в том, чтобы осуществлять разумную деятельность и получать за это вознаграждение, – потребитель лишь один из участников. Но всё равно необходимо попытаться понять, что хочет человек, и помочь ему. Люди до сих пор не понимают, что все мы осуществляем общую деятельность, ведь наше общество существует благодаря разделению труда. Допустим, банки хотят мелким шрифтом что-то написать, чтобы никто ничего не понял, и заставить человека платить за что-то, о чём он не думал. Но человек получает кредит с кабальными условиями, не может расплачиваться и всё – банк в проигрыше…»

В январе 2005 года в Башкортостане с участием Андрея Андреевича Козлова и Гарегина Ашотовича Тосуняна состоялась первая банковская конференция, на которой была выдвинута идея стандартизации качества банковских услуг. Андрей Андреевич выдвинул идею, что следующий период развития банковской системы будет характеризоваться не количественным ростом банков, а повышением качества банковских услуг. Рустэм Хабибович Марданов, на тот момент председатель Национального банка республики, предложил: «Давайте попытаемся разработать стандарты качества деятельности банков». Козлов ответил: «У нас? Нет, это не получится. Но надо, попробовать, хоть память останется».

«На первой конференции я тоже не верил, что кто-то согласится», – признался Рустэм Хабибович.

Решили разработку стандартов проводить на базе Ассоциации российских банков (АРБ). Там же в Уфе президент АРБ Тосунян подтвердил свою готовность присоединиться.

«Возглавил работу Национальный банк Республики Башкортостан, который совместно с АРБ и банками приступил к формированию первых стандартов, – вспоминает Рустэм Хабибович. – С тех пор ежегодно в Уфе проводятся конференции, на них обсуждаются стандарты, разработанные банковским сообществом. Одним из разработанных документов стал “Стандарт информационной безопасности”, сделанный на базе международных стандартов качества. В настоящее время он принят как стандарт Банка России. Информационная безопасность – сфера довольно специфическая, разработчики смогли продвинуться дальше и, в конечном итоге, стали проводить свои мероприятия. Или не так давно обсуждались стандарты кредитования малого бизнеса – сейчас эта проблема по-прежнему не решена. Как кредитовать малый бизнес? Никто достоверно не знает. Кредитуют, конечно, никуда не денешься, но с большими рисками, поскольку малый бизнес вообще не прозрачный».

В Уфу стало приезжать всё больше самых влиятельных представителей банковского сообщества, понимая: такого, как здесь, больше не услышишь и не увидишь нигде.

«Всё равно есть довольно большое количество внутренне добросовестных, порядочных людей, – уверен Рустэм Хабибович. – И когда они почувствовали, что нет никакого подвоха, что у нас нет намерения на них нажиться, пошли навстречу. Первым идею стандартов открыто поддержал Альфа-банк. На той первой конференции от Альфа-банка выступал американец Филипп Гальперин. И он рассказал, как это поставлено у них: мол, мы, банковская ассоциация, вместе разрабатываем стандарты, я сам участник разработки, вот такой-то стандарт создал. А у нас же не принято так в обществе! Надо чтобы общество само выработало правила, а государство наказывало уже недобросовестных, но не само изобретало какие-то оторванные от жизни законы. На некоторые законы смотришь: что имелось в виду, когда их принимали? Они вообще к жизни имеют отношение? Нет. Потому что закон делал не тот, кто участвует в процессе».

«Я критически отношусь к откровению, – признаётся Рустэм Хабибович Марданов. – Считаю, что лучше самим создавать правила. Если ты исходишь из добросовестных намерений, то можешь создать правила, которые позволяют эти добрые намерения воплотить. Именно так родилась идея стандартов качества банковской деятельности – как идеология работы с добросовестными банками».

Смысл стандарта качества в том, что он, во-первых, восстанавливает доверие между потребителем и банком. Во-вторых, если удастся, элемент доверия должен возникнуть между банком и Центральным банком и между банком и другими банками.

«Для чего это нужно? – спрашивает Рустэм Хабибович. И сам отвечает: – Когда у банков возникают временные сложности, они должны где-то взять кредит. Просто так кто кредит даст? – надо что-то предоставить в залог. Но в залог иногда не бывает достаточно крупного имущества. Однако у банка есть портфель кредитов. Их можно отдать в залог, получив под это деньги. А для этого кредиты должны быть выданы так, чтобы было ясно, что они качественные. То есть это одновременно и стандарты рефинансирования. Но, значит, для этого надо, чтобы банки договорились об этих стандартах. Чтобы, если к нему попадёт этот портфель, он знал, что там всё в порядке. Этот процесс идёт очень сложно. Всем его участникам, на первый взгляд, проще работать по старинке – меньше ответственности. Центробанк написал инструкцию, выполнил её, а что уж получилось, не важно. Банки отмахиваются – нас поправят специалисты из Центробанка, скажут, что делать, государство подстрахует. Тем не менее, все понимают, что альтернативы нет. Все уже хотят в принципе действовать добросовестно, никто не хочет обратно в мутную воду».

Заместитель председателя Центробанка РФ Андрей Андреевич Козлов – государственный человек с, пожалуй, самой безупречной репутацией в стране, неизменно поддерживал своим колоссальным авторитетом уфимские межбанковские конференции по стандартам качества, ставшие постоянными. А с 2007 года они стали носить его имя.

«Гоп!.. Гоп!.. Хорошо! Не визжат пули, не грохают снаряды, не горят деревни. Не надо от пуль на пол ложиться, не надо от снарядов в погреба прятаться, не надо от пожаров в лес бежать. Нечего буржуинов бояться. Некому в пояс кланяться. Живи да работай – хорошая жизнь!» – писал в 1933 году дед реформатора Егора Гайдара советский писатель Аркадий Гайдар в «Сказке о Военной тайне, Мальчише-Кибальчише и его твёрдом слове».

В новой России после новых революционных потрясений опять установилась хорошая жизнь. В начале 2005 года Андрей Козлов, по свидетельству Николая Кротова: «…даже заявил, что Россия уже не зависит от нефтяного бизнеса, ибо динамично растут все другие отрасли экономики. Он привёл данные, что за 2004 год ВВП страны вырос на 7,3 %, и в 2005 году, по его мнению, результаты должны были быть сравнимы с этими показателями. Рост базовых отраслей, по словам Андрея Андреевича, сопровождался ростом производительности труда, повысилась макроэкономическая устойчивость, о чём якобы свидетельствовала сбалансированность бюджета и рост золотовалютных резервов… И банковский сектор радовал А.А. Козлова. За 2004 год прирост банковских активов составил 25 %. Капитал вырос на 17 %, кредиты реальному сектору экономики – на 35 %. Особенно быстро рос объём потребительских кредитов – на тот же период в 2 раза. На 25 % увеличились остатки средств на счетах клиентов. Депозитов физических лиц стало больше на 28 %».

Мирное время… «Даже при дефиците свободного времени Андрей любил поработать в своей мастерской с небольшим верстачком, набором инструментов и всякой мелочи, – рассказывает писатель Кротов. Просьбы жены по устройству полочек и ящичков удовлетворялись с особым удовольствием. Для любимой дочки папа провёл свет в её кукольный домик, несколько лампочек дневного света с выключателями на каждой полке-“этаже” девичьего царства. После этого ей стало уютно играть, сидя на полу, даже зимними вечерами».[4]

«И все бы хорошо, да что-то нехорошо, – приговаривал в своей сказке старший Гайдар. – Слышится Мальчишу, будто то ли что-то гремит, то ли что-то стучит. Чудится Мальчишу, будто пахнет ветер не цветами с садов, не медом с лугов, а пахнет ветер то ли дымом с пожаров, то ли порохом с разрывов».

В благополучном 2005 Андрей Козлов как-то выбрал в альбоме одну из своих фотографий, показал жене: «Если что, используй её!» Если – что?

В мирное время не принято делить людей на своих и чужих. Принято миролюбиво обмениваться рукопожатием с негодяями, ворами, мерзавцами. Это в военное, чуть что – трибунал. А в мирное – не пойман, не вор. Да и пойман – не горе. Вывернулся, откупился – и снова честный, порядочный человек.

У Андрея Андреевича Козлова были другие, традиционные представления о чести.

«В те времена, когда многие чиновники из ЦБ уже привыкли носить галстуки стоимостью в два своих официальных месячных оклада, господин Козлов надевал рубашки с лейблом “Москва”, чем вызывал у многих удивление, – писали журналисты «Независимой газеты» в 1999 году. – В то время как известнейший чин из ЦБ перед выходом на работу долго топтал свой английский пиджак стоимостью в несколько тысяч долларов, чтобы не смотрелся так дорого, Козлов тратил свой отпуск, чтобы собственноручно отремонтировать свою квартиру. Сначала банкиры относились к поведению зампреда ЦБ как к чудачеству, однако вынуждены были признать, что это всё-таки принципы. Именно поэтому осмелимся утверждать (о времена, о нравы!), – что Козлов – честный человек».[5]

В 1990-х, Андрей Андреевич уже был зампредом Центробанка, один из его коллег случайно узнал, что тот живет с семьей в маленькой двухкомнатной «хрущевке». Хотя к тому моменту уже несколько подчиненных Козлова получили новые служебные квартиры. Вопрос поставили перед главой ЦБ Дубининым, и квартиру нашли. Так что в 1995 году Козлов, заместитель председателя Банка России, директор департамента ценных бумаг, на вопрос журналиста: «Где вы храните свои сбережения?» ответил: «У меня их нет. Я все деньги потратил на ремонт квартиры».[6]

Бессребреник, идеалист Андрей Андреевич Козлов не подавал руки негодяям. И в мирное время бескомпромиссно делил окружающих на «своих» и «врагов». Врагов у него было много: те, у кого Центробанк отзывал лицензии, кого не принял в систему страхования вкладов... С начала 2006 года Андрей Козлов начал беспримерную кампанию по отзыву лицензий у недобросовестных банков: количество отозванных лицензий удвоилось по сравнению с предыдущим годом. Причем в большинстве случаев лицензии отзывались именно за участие в легализации незаконных доходов. 8 сентября 2006 года за нарушение положений закона «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» был наказан «Инвесткомбанк БЭЛКОМ». Под приказом, как положено, подпись Андрея Козлова.

В начале сентября 2006 года на банковском форуме в Сочи Андрей Андреевич предложил пожизненно дисквалифицировать банкиров, хоть однажды замеченных в отмывании денег. Владельцы банков, у которых отозвали лицензию, к примеру, за незаконное «обналичивание», чаще всего через короткое время обзаводятся новым банком, где занимаются тем же самым. Чтобы быстрее выявлять нечистоплотных банкиров, Козлов предложил новшество: обязать аудиторские компании докладывать в Центробанк, если их клиенты – банки, компании и связанные с ними физические лица – замечены в сомнительных действиях.

На рабочем столе Андрея Козлова стояла маленькая статуэтка героя гражданской войны Севера с Югом в США бригадного генерала Льюиса Армистеда: бегущий человек в военной форме армии южан со шпагой в руке, поднятой над головой. «Когда пехота южан на третий день кровопролитной битвы в безрассудной и мужественной штыковой атаке под ураганным огнём вплотную подошла к укреплениям северян, в рядах атакующих вдруг наступило замешательство, – так описывал запечатлённый автором статуэтки эпизод сам Андрей Андреевич. – И генерал Армистед насадил свою шляпу на шпагу и, увлекая своих солдат, ринулся вперёд. И почти сразу он был сражён пулей. Атака была отбита. Однако героический поступок запомнился не только его солдатам, но и остался в истории. Весь трагизм и отчаяние этой ситуации были в том, что все понимали: эта атака безнадёжна, слишком неравны были силы, слишком упорны оборонявшиеся… Кроме исторического контекста, меня интересуют в тех далёких событиях, в первую очередь, люди, их характеры, их поведение в критических ситуациях. И здесь обнаруживается очень много общего, много параллелей с событиями нашей собственной истории. Становится очевидно, что человеческие характеры, человеческая природа, как в своих высоких, так и в низких проявлениях, одинаковы вне зависимости от национальности и времени. Истории конкретных людей многому учат, иногда я ловил себя на мысли, что порой, как и генерал Армистед, по велению долга вынужден идти в безнадёжные и отчаянные атаки…»[7]

Андрей Андреевич Козлов был сражён двумя пулями в голову 13 сентября 2006 года, когда вышел на улицу после дружеского футбольного матча в Сокольниках. Неподалёку в парке хлопали фейерверки, заглушившие выстрелы наёмных убийц.

Герой мирного времени, бессребреник, отважный максималист, погиб в сорок один, а «Мальчиши-Плохиши», столь точно описанные Аркадием Гайдаром, «жрут и радуются», получив свои «бочки варенья и корзины печенья».

«После Андрея Андреевича Козлова осталась сильная команда, я горжусь, что работал под началом таких людей, как Алексей Юрьевич Симановский, Михаил Игоревич Сухов, – говорит Марат Данилович Кашапов. – Мы продолжатели его дела. Потому что клиент должен быть уверен, что банк финансово устойчив, что он не занимается сомнительными операциями. Те, кто занимается “серым” бизнесом, вредят конкуренции на рынке. Они незаслуженно занимают место, которое мог бы занять более эффективный банк, который действительно решал бы проблемы своих клиентов, а не набивал бы собственный карман через сомнительные операции».

«Андрей с его щепетильностью и честностью не оставил после себя никаких счетов в заграничных банках, как об этом писала желтая пресса, никаких акций и облигаций, – призналась вдова Андрея Андреевича. – Ничего, кроме квартиры, машины и совсем небольших сумм на картах». Но оставил двух сыновей – восемнадцати и тринадцати лет – и восьмилетнюю дочку. И осталось – бесценным наследством – его твёрдое слово: как барьер между злом и добром.

Ведь и то слово, о котором любят цитировать, что оно «было вначале», несомненно обладало твёрдостью сабельной стали – ибо вычерчивало бытие: отделяло небо от тверди, свет от тьмы, человека от животных, правду от лжи, праведность от порока.

Твёрдое слово до сих пор ослепляет алмазным сиянием обычных людей, привыкших жить в прищуре любезных улыбок. Его свет обнажает захламлённые кладовки души, куда порой так неприятно заглядывать.

Поэтому многим легче жить без него. Без твёрдого слова, без чести в мирное время можно коптить до старости. Трусливо дожидаясь, пока режущий свет в последнем тоннеле ударит в глаза, обрекая на вечную тьму.

 

(Окончание следует)

 




[1][1] Кротов Н. И. Андрей Козлов: экономическая история и судьба человека: в 2 т. – Москва : Экономическая летопись, Международные отношения. Т. 2. 2015. – С. 359.


[2] Кротов Н. И. Андрей Козлов: экономическая история и судьба человека : в 2 т. – Москва : Экономическая летопись, Международные отношения. Т. 2. 2015. – С. 317.


[3] Там же. С. 339.


[4] Кротов Н.И. Андрей Козлов: экономическая история и судьба человека : в 2 т. – Москва : Экономическая летопись, Международные отношения. Т. 2. 2015. – С. 389.


[5] Кошкарёва Татьяна, Назиркулов Рустам. Козлов сделал своё дело – Козлов может уходить // Независимая газета. 12.01.1999.


[6] Виркунен Валерий. Деньги в банке. Что дальше? // Аргументы и факты. 28.09.1995.


[7] Кротов Н.И. Андрей Козлов: экономическая история и судьба человека : в 2 т. – Москва : Экономическая летопись, Международные отношения. Т. 2. 2015. – С. 396–397.




Культурная среда
Бельские просторы подписка 2017 3.jpg
Подписывайтесь на бумажную и электронную версии журнала! Все можно сделать, не выходя из дома - просто нажимайте здесь!
Октября 28, 2016 Читать далее...


владимир кузьмичёв.jpg

Уфимский писатель, автор журнала "Бельские просторы" Владимир Кузьмичёв стал лауреатом X фестиваля иронической поэзии «Русский смех», среди участников фестиваля были авторы-исполнители не только из России, но также из Германии, США, Казахстана, Латвии, Украины и других стран. Фестиваль проходил в городе Кстово. Владимир, помимо официального диплома, получил приз «Косой в золоте» (статуэтка весёлого зайца — талисмана фестиваля).



маканин.jpg
Владимир Маканин
  • Родился 13 марта 1937 г., Орск, Оренбургская область, РСФСР, СССР
  • Умер 1 ноября 2017 г. (80 лет), пос. Красный, Ростовская область, Россия
В 50-е годы жил вместе с родителями и двумя братьями в Уфе, точнее в Черниковске на улице Победы в двухэтажном доме номер 35 (дом стоит до сих пор). Окончил уфимскую мужскую школу № 11 (ныне №61). Ниже предлагаем интервью с Владимиром Семеновичем, взятым у него Фирдаусой Хазиповой в 2000 году.


Логотип журнала "Бельские просторы" здесь

Все новости

О нас пишут

Наши друзья

логотип радио.jpg

Гипертекст  

Рампа

Ашкадар



корупция.jpg



Телефоны доверия
ФСБ России: 8 (495)_ 224-22-22
МВД России: 8 (495)_ 237-75-85
ГУ МВД РФ по ПФО: 8 (2121)_ 38-28-18
МВД по РБ: 8 (347)_ 128. с моб. 128
МЧС России поРБ: 8 (347)_ 233-9999



GISMETEO: Погода
Создание сайта - «Интернет Технологии»
При цитировании документа ссылка на сайт с указанием автора обязательна. Полное заимствование документа является нарушением российского и международного законодательства и возможно только с согласия редакции.