Учредитель: Правительство Республики Башкортостан
Соучредитель: Союз писателей Республики Башкортостан

ЕЖЕМЕСЯЧНЫЙ ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКИЙ ЛИТЕРАТУРНО-ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ЖУРНАЛ
Издается с декабря 1998
Прямая речь

Песнь о соколах

О фильме "Время первых". 2017 г.

Фильм «Время первых» – о первом выходе человека в открытый космос – стал одним из тех событий, которые явственно обозначают пропасть между двумя типами людей, двумя типами общества. И судьба его прокатная – во всяком случае, на ее начальном этапе – показывает, в какое время живем мы, в какой пропорции в этом времени смешаны славное прошлое и все еще не совсем славное настоящее. Первое проигрывает с разгромным счетом.

Игорь Фролов



Читать далее...

Уголок журнала

Из картинной галереи
Гнездо. Холст, масло.jpg
Гнездо. Холст, масло.jpg Камиль Губайдуллин
Уфимский кремль.jpg
Уфимский кремль.jpg
Владислав Меос. Холодное утро. Ул. К. Маркса. 1960-е
Владислав Меос. Холодное утро. Ул. К. Маркса. 1960-е
14. З015.jpg
14. З015.jpg

Публикации
Автор
Сборник

Извините, информация отсутствует

Пророк в своём отечестве. К 200-летию К. С. Аксакова

№ 4 (221), Апрель, 2017

ПРОРОК В СВОЁМ ОТЕЧЕСТВЕ

 

         10 апреля 2017 года исполнилось 200 лет со дня рождения старшего сына замечательного русского писателя Сергея Тимофеевича Аксакова – Константина (1817–1860). За свою недолгую жизнь он оставил заметный след в литературе, истории, лингвистике, философии и фольклористике. Принадлежа к когорте старших славянофилов, он оказал влияние не только на ближний круг своих знакомых, но и на таких крупных писателей и мыслителей, как Лев Толстой, Василий Розанов, Алексей Лосев и др. Долгие годы находясь в полузабвении, он снова и снова возвращается к нам своими вечными вопросами: кто мы и куда идём? Не вписываясь в расхожие представления о либералах и консерваторах, демократах и патриотах, Константин Сергеевич воплотил в себе то стержневое русское начало, которое до сих пор не может найти себе места в нашей культуре и общественной жизни.

         К двухсотлетию К.С. Аксакова заведующий информационно-библиографическим отделом библиотеки БГПУ им. М. Акмуллы Пётр Ильич Фёдоров подготовил для журнала «Бельские просторы» виртуальный круглый стол, посвящённый программной аксаковской статье «О современном человеке» (была опубликована в журнале в рубрике «Страницы былого», доступна на сайте http://www.bp01.ru). Созданная в середине позапрошлого века, она звучит в наши дни удивительно актуально, поскольку на новом историческом витке мы снова пришли к смутным временам конфликтов между буржуазным индивидуализмом и православной соборностью. Об этой и других проблемах аксаковской статьи рассуждают участники дискуссии.

 

 

Елена Ивановна Анненкова, доктор филологических наук, зав. кафедрой русской литературы Российского государственного педагогического университета им. А.И. Герцена (Санкт-Петербург):

 

«О современном человеке»

 

Константин Аксаков, как известно, занимался углубленным изучением истории, языка, народной словесности, но не боялся проявлять внимание к злободневным вопросам, выступать на публицистическом поприще, обнаруживая способность в насущных проблемах улавливать философский смысл. Название обсуждаемой статьи (хотя оно и не было предложено самим Аксаковым) столь обобщенно и вместе с тем точно, что вполне могло бы быть отнесено и к нашему времени, в том числе – к человеку XXI столетия, который может признать, что «при невероятных материальных усовершенствованиях … слышится повсюду страшная бедность души» (Аксаков К.С. Эстетика и литературная критика. СПб., 1995. С.418). Это содержание статьи лежит на поверхности и, конечно, заслуживает внимания и даже анализа; трудность лишь в том, что тот современный человек, который отдает предпочтение «богатству способов и средств к жизни», прежде всего материальных, вряд ли обеспокоится оскудением «внутреннего родника жизни», следовательно, наших рассуждений не услышит. Думается, гораздо большего внимания заслуживает другое, а именно – то движение аксаковской мысли, которое сопрягает разнородные, на первый взгляд, понятия; находит те сцепления между ними, которые, в конце концов, и могут обозначить или даже предопределить благотворный вектор исторического развития.

В статье в одной плоскости сведены такие разноуровневые понятия, как личность – общество – община – церковь. Славянофилов упрекали в том, что они принижают личность и даже отрицают ее. Но у Аксакова вопрос ставится иначе: он размышляет о форме самовыражения и самоосуществления человека. По сути, Аксаков создает свою теорию общества и человека, сопрягая их в некое единство и доказывая, что только так (можно сказать, нераздельно и неслиянно) они и пребывают, и должны пребывать в историческом пространстве. Один из главнейших для Аксакова тезисов звучит неожиданно и чуть ли не загадочно: «Общество … есть исповедание человека» (С. 432). Общество воплощает «потребность согласия», природой данную человеку, но он осуществляет ее в полной мере только тогда, когда «сознательному человеку предоставляется самому исполнить свободный и потому высший подвиг: образовать духовный хор» (С.433. Выделено мною – Е.А.). Слово «подвиг» нередко встречается в статьях и письмах Аксакова. Принципиальный для него тезис – создание общества, которое «дает возможность человеку не утратить себя, … но найти себя и слышать себя не в себе, а в … общей жизни и в общей любви» – «есть нравственный подвиг» (С. 434; курсив Аксакова – Е.А.).

Такое общество, по Аксакову, и становится общиной, а «высший, истинный образ общины есть церковь, община, объемлющая все человечество» (с. 438). Этот путь, сознает Аксаков, не складывается сам собою, он требует нравственных, духовных усилий. В итоге «современный человек» предстает в статье не только как порождение конкретной исторической эпохи (эпохи подражательной, по Аксакову), но и как призванный к созидательному труду, освященному свыше. В этом, вероятно, одно из существенных отличий Аксакова от современных ему писателей, размышляющих о драматическом положении личности в обществе, далеком от идеала, – в мыслящем человеке он предполагает непременный поиск разрешения коллизий, исторически обусловленных и как будто оправдывающих беспомощность и бездеятельность человека, его «лишнее» положение, его скептицизм и даже отчаяние, невольный эгоизм. Призван человек, по Аксакову, к иному – к преодолению нестроения жизни и к созиданию. Можно было бы отметить немало аксаковских фраз, в которых конкретно исторический план и общечеловеческий предстают как неотделимые друг от друга. Например, он говорит о том, что «твердые убеждения в будущей победе правды» не освобождают «от всей силы живого современного сочувствия», добавляя: «от всей любви, не терпящей немоты и бездействия» (С. 431). Аксаковская категоричность, определенная жесткость суждений, проявляющаяся в некоторых статьях, – именно от его любви и к русскому миру, и жизни в целом – любви, которая не терпит «немоты и бездействия».

При этом Аксаков допускает, что поскольку «расслаблено все общество и не может противопоставить силы общественного отпора злу, вторгающемуся в его область» (С. 469), человек может оказаться перед сложным выбором: пребывать в обществе, пытаясь преобразовать его, или покинуть такое общество. Финал статьи свидетельствует о том, что Аксаков – не наивный идеалист и фанатик славянофильства, а аналитически мыслящая, сознающая трагизм жизни личность, готовая в определенных обстоятельствах осудить себя на «общественное отшельничество» (С. 469). Избрав для себя путь общественного служения, он, однако, принимает и такую его форму, как монашеское отъединение от жизни во имя ее спасения, и приводит латинскую фразу:

Дни последние,

Времена наихудшие.

 

Станем бодрствовать.

 

*  *  *

 

В контексте уже наших дней приходит на ум, быть может, странная и даже произвольная аналогия. Статья Аксакова была опубликована в сборнике 1876 г. «Братская помочь пострадавшим семействам Боснии и Герцеговины». Славянский вопрос, столь непростой, заявляет о себе, как правило, в годы кризисов и исторических переломов. Россия неоднократно давала знать, что поддержит славян, даже если придется вступить в противоречие с Западной Европой (Отмечу еще одну фразу Аксакова: «Страшнее материального ига Европы, которое тяготеет над всем, что не Европа, страшнее этого ига есть иго нравственное той же Европы, несравненно труднейшее к свержению» – С.428). Не оказывается ли в настоящий момент и Россия в той позиции, о которой, как о возможной, размышлял Аксаков: позиции уже не общественного, а международного отшельничества, которого она не ищет, но готова принять на себя.

 

 

Рустем Ринатович Вахитов, член Союза писателей России, кандидат философских наук, доцент кафедры философии и политологии БашГУ (Уфа):

 

Нерв русской истории

 

«О современном человеке» – произведение, очень много говорящее об Аксакове и славянофилах, а также о современном им российском обществе. Философское значение этого произведения, на мой взгляд, значительно уступает его историческому и экзистенциальному значению. В рассуждениях Аксакова о том, что человечество – это не все люди и не все народы, а лишь наиболее активные и творческие; о том, что лишь в обществе, ограничивая себя, раскрывается личность, легко угадывается Гегель с его концепцией исторических народов и диалектикой субъекта и объекта. Есть некоторый парадокс в том, что, отстаивая самобытность русской культуры, старшие славянофилы осмысляли эту самобытность в категориях немецкой диалектической философии и немецкого же романтизма; недаром Л.П. Карсавин считал, что наше славянофильство во многом – инобытие нашего западничества. Но все же есть в славянофильской теории того времени нечто очень русское, отображающее тогдашнюю стадию развития русского общества и это – аксаковские размышления о «современном человеке».

«Современный человек» – это, конечно, человек модернистский. Деятельный, устремленный к созданию материальных благ и материального комфорта, стремящийся к успеху в обществе, гордящийся, что он не такой как все, что у него есть свои убеждения. Он лишен искренности людей былых эпох русской истории; мы бы сказали, пользуясь терминами Маркса, что он предпочитает не личностные, а вещные отношения, а ставит между собой и другими свои права, свое приватное пространство, которое так ценится в обществе победившего рынка. В нем нет внутренней цельности, но это потому, что он склонен к самоанализу, он раздваивает свое Я и одно из них наблюдает, а другое – предмет наблюдения. Он взвешивает и оценивает свои поступки, он осознает себя не частью общественного целого, а отдельной индивидуальностью.

Это – человек капитализма, буржуазный индивидуалист, рациональный эгоист. Аксаков проницательно заметил его появление в России того времени и метко и подробно описал. Но описал его не бесстрастно, а критически, с позиций человека традиционного общества, соборной личности, не отделяющей себя от коллектива, не ощущающей нужды в свободе и отдельных правах, внутренне цельной и искренней.

В противостоянии этих двух типажей – традиционного и модернистского, современного и досовременного, западного и исконно русского – нерв русской истории. Русское общество то совершает рывок в модерн, то откатывается назад, то стремится найти компромисс между соборной и титанической, эмансипированной личностью (последней попыткой такого компромисса был советский человек). Слова Аксакова звучат актуально, а его обличения злободневны, потому что мы и сейчас живем в эпоху такого отката назад после очередной, либерально-западнической попытки прорыва в буржуазный модерн. Если хотите, наша современность после 2000-го года перестала быть «современной» и славянофильствует… И в то же время граница между соборным и современным человеком проходит по сердцу каждого из нас, все мы в той или иной мере воплощаем и тот и другой типаж, и в этом внутренняя противоречивость если не всей нашей цивилизации, то уж точно ее интеллигенции.

 

 

Владимир Евгеньевич Угрюмов, писатель, член Союза писателей России, кандидат филологических наук, доцент кафедры философии и межкультурных коммуникаций СибГИУ (Новокузнецк):

 

«О современном человеке»

 

В работе о современном человеке К.С. Аксаков исследует очень важную и, похоже, вечную проблему национальной самоидентификации русского человека. Автор исповедует достаточно характерные для философии славянофилов идеи: стремление к общему русскому миру, народной общине, соборности, живому единству, любви к ближнему, «живознанию» (термин И.В. Киреевского) и другие базовые ценности русского православного человека. Идею соборности он противопоставляет западно-европейскому образу жизни, пониманию личности, частности человека и общественному договору между свободными людьми, который Аксаков трактует как сделку. Россия для него – страна духа, Европа – территория торжества материальных ценностей и бездушия. Америка и того хуже – «это великолепное общество-машина». К.С. Аксаков для подтверждения своих слов апеллирует к Евангелию: «К чему все эти богатства и удобства, если потеряет душу человек». И все же, критикуя современное ему российское общество, автор говорит о том, что «отсутствие искренности и бедность душевная повторяются и у нас (в так называемом образованном обществе) в карикатурном виде». Далее автор, на мой взгляд, называет точные характеристики современного человека, которые актуальны и сегодня: «век гигантских самолюбий…, порода малых гениев, порода чрезвычайно плодущая…, обиходный запас дарованьица…, все кокетничают друг перед другом…, всё обуяла ложь…, все глубокие чувства и мысли могут быть… прекрасным нарядом, очень блестящим…, движений простых, настоящих уже нет в душе человека…, сердце одебелело». Главной причиной страшной бедности души К.С. Аксаков считает подражание европейскому образу жизни, берущее своё начало от петровского образования России. «На нас лежит двойная скорбь: во-первых, мы не самостоятельны, мы рабствуем чужому уму, подражаем; во-вторых, то, чему мы рабствуем, чему подражаем, есть ложь». Здесь К.С. Аксаков почти повторяет мысли П.Я Чаадаева в его первом философичном письме, где они высказаны в более образной, а значит более воздействующей на читателя форме, полные горького сострадания за соотечественников: «Взгляните вокруг… Ни у кого нет определённой сферы деятельности, нет хороших привычек, ни для чего нет правил, нет даже и домашнего очага, ничего такого, что привязывает, что побуждает ваши симпатии, вашу любовь; ничего устойчивого, ничего постоянного; всё течёт, всё исчезает, не оставляя следов ни во мне, ни в вас. В домах наших мы как будто определены на постой; в семьях мы имеем вид чужестранцев…Мы воспринимаем только совершенно готовые идеи…» И всё-таки Чаадаев, как и вслед за ним К.С. Аксаков, возлагает на Россию большие надежды, которые оправдываются православием русского народа. Критикуя высший свет и жизнь светскую «с подражательным повторением чужих мыслей», К.С. Аксаков выказывает надежду на то, что «Россия скажет миру своё человеческое слово». Выход из сложившейся ситуации автор видит в отказе от европейского понятия общества как сожительства одиноких и независимых личностей и возврат к истинно русскому пониманию общества как общины, основанной на согласии и любви. Очень необычно и свежо звучат его определения личности: «личность есть начало единого»; «жажда личности – это жажда греха»; «начало личности, принятое Западом, есть положительное зло». К сожалению К.С. Аксаков не аргументирует свои выводы и умалчивает высокие проявления европейской культуры, на которых воспитывались русские гении, соединившие в себе русский вселенский космизм и сумрачный европейский рационализм. Особенно интересно следующее его высказывание: «Личность дана человеку с тем, чтобы он сознательно и свободно победил её в себе и нашёл для неё центр не в ней самой, а в боге. Нет личности, нет и общества». Думаю, это очень противоречивые мысли, тем более, далее утверждается, что борьба личного греховного начала с общественным – это подвиг. Здесь не лишне будет вспомнить о том, что примерно через тридцать лет А.П. Чехов в рассказе «Скучная история» назовёт «чувство личной свободы», имеющееся у европейских писателей, главным признаком настоящего творчества и посетует на то, что этого чувства почти нет у современных ему русских писателей «за исключением двух-трёх стариков». Община, или общая жизнь, характеризуется К.С. Аксаковым как то идеальное общество, где человек находит счастье в служении всем, растворяя личность в этом служении. Можно сказать, что счастливое и правильное общество автор понимает как общество закрытого типа. Любой человек, мыслящий не как все, объявляется греховным и должен быть изгнан из общества. Я полагаю, что автор идеализирует свою концепцию счастливого общества, он явно пытается избежать внутренних противоречий, характерных для совместной жизни людей, сводя их к понятию греха, а мнение большинства считает безукоризненным, неоспоримым и нетерпящим любого инакомыслия. Общество К.С. Аксакова – Царство Божье на земле.

Понятие раскола как исторического состояния российского общества, в любых сословиях и на государственном уровне, и в духовном – давняя и незаживающая тема. Историческая «болезнь» России – социокультурный раскол – так считает философ А.С. Ахиезер. Раскол – в христианском смысле – результат недостатка любви людей друг к другу, неспособность миром сладить общее дело. В классическом понимании, раскол существует между либеральными и традиционными представителями общества. Либералы, как смотрящие на западный образ жизни, всегда осуждались в русском традиционном обществе. К.С. Аксаков является пламенным сторонником традиционной жизни как единой общины и клеймит вредоносное влияние «просвещённого Запада».

На мой взгляд, проблема раскола ясно и художественно выразительно решается в произведениях Сергея Тимофеевича Аксакова. В «Семейной хронике» писатель представляет нам картину организации и последующей жизни не столько крестьянской общины, а скорее пример человеческого космоса, порядка, в котором разные личности и судьбы играют свою, неповторимую роль. Единственное чуждое этому космосу существо, М.М. Куролесов, не приживается и погибает, так как он нарушает общую гармонию доброты и единства как основы русской жизни, созданную в произведении. Бракосочетание молодого Алексея Багрова (традиционное общество) и городской красавицы, умницы Софьи Николаевны Зубовой (либеральное общество) является символом примирения и взаимодополнения двух российских противоборствующих обществ. Их сын, Серёжа Багров (Аксаков), естественно наследует в себе воспитание традиционное, народное, со стороны отца и деда, и либеральные, просветительные ценности, со стороны матери и преподавателей университета. В произведении С.Т. Аксакова причудливо переплетаются языческие и христианские, европейские и русские традиции культурной мысли. Пример его прозы в данном отзыве указывает на образец художественного осмысления действительной жизни, примирения различных социокультурных процессов как гармонии свободы и порядка божьего творения.

Я полагаю, что русский человек и русское мировоззрение – понятия, прочно утвердившиеся  русской литературой и философией. Несомненно, мы отличаемся от западного человека, именно это отличие есть наша гордость. Любовь к Родине заключается не только в видении наших достоинств, будто бы невозможных другим народам, но и в признании своих недостатков, и в умении учиться у других лучшему, что создано непохожими на нас мировоззрениями. «Самостоянье человека, момент величия его» (А.С. Пушкин) не в слепом подражании и не в отторжении других культур, а в понимании и разумном использовании всего лучшего в себе и в других на общее благо человеческой культуры.

 

Джала Джада (семейный псевдоним: доктор философских наук, зав. кафедрой философии, социологии и политологии БГПУ им. М. Акмуллы Валерий Семёнович Хазиев (Уфа); Елена Валерьевна Хазиева, кандидат философских наук, основатель и руководитель Школы универсального знания (Уфа); Наталья Валерьевна Сафонова (Хазиева), кандидат философских наук, доцент кафедры философии, социологии и политологии БГПУ им. М. Акмуллы (Уфа)):

 

О БЕДНОМ «СОВРЕМЕННОМ ЧЕЛОВЕКЕ» ЗАМОЛВИТЕ СЛОВО

 

Работа Константина Сергеевича Аксакова «О современном человеке» посвящена одной из вечных тем и философии, и религии, и науки – борьбе добра и зла в мире и в человеческой душе. Задолго до Тита Ливия было уже известно, что прогресс материальной стороны жизни людей сам собой не стимулирует их духовного развития. Об этом говорил Фридрих Великий Даламберу – французскому просветителю, который утверждал, что прогресс просвещения ведет и к росту духовности. Королю Пруссии было очевидно, что накопление научных знаний, совершенствование техники не затрагивает глубинных основ духовности. Люди как были, так и будут всегда резервуаром добра и зла, проявляющихся по обстоятельствам или по выбору самого человека. Эту же мысль мы видим в иронии Аксакова, что на ковре-самолете можно возить и устрицы, и нововыдуманные пирожки, и булавки. Он пишет: «Человек усиливает, например, средства сообщения, прокладывает железные дороги, по которым почти с баснословною быстротою является он то там, то здесь; но что привезет человек по железным дорогам с такою невероятною быстротою… А привозит он истощенную рефлексиями и раздражительными умствованиями душу, фантазирующую мысль, отошедшую от своего чистого логического начала, полное отсутствие нравственной воли, страшное изобилие фраз, иногда горячий ум и всегда холодное сердце: одним словом, ложь всего своего существа. Средства, добытые человеком, огромны, а сам он не лучше, но еще хуже прежнего».

Кто только ни пытался стяжать славу на поприще раскрытия тайны духовности!

Нет испытания более тяжкого, чем нести крест истины – как осчастливить все человечество, дав ему инструментарий и методологию развития индивидуальной и коллективной духовности. Сократ и Будда, Плотин и Христос, Авиценна и пророк Мухаммед, Галилей и Лютер, Эйнштейн и ученые ХХ века – все хотели сделать земную и вечную жизнь человека счастливой, интеллигентной и духовной.

За интеллигентность и духовную гармонию человека выступали и продолжают сегодня ратовать:

- и романисты (Достоевский, Камю, Пруст, Марсель),

- и эссеисты (Кроче, Гвардини, Мунье, Ортега-и-Гассет),

- и мемуаристы (Бердяев, Швейцер, Циглер),

- и публицисты (Рассел, Сартр),

- и педагоги (Дьюи, Штейнер, Литт, Шпенглер),

- и психологи (Ясперс, Фромм, Юнг),

- и политологи (Джантелли, Мантэгю, Маритэн, Тойнби),

- и ученые (Карнап, Витгенштейн, Т. де Шарден, Эйнштейн, Рассел),

- и священники (Л. Кинг).

Сколько имен и сколько идей! И каких! Для счастья, интеллигентности и духовности человечества предлагают:

Альберт Швейцер – возродить этическую основу культуры,

Рудольф Паннивец – ввести в политике норму примата человечности,

Макс Шелер – воспитать «новую молодежь» на истинно человеческих (научных и религиозных) ценностях,

Кайзерлинг – дополнить разумное развитие духовным,

Бертран Рассел – дать духовную свободу,

Карл Ясперс – «разбудить» человека, которого прежняя культура «усыпила»,

Питирим Сорокин – возвысить человека от чувствования до ценностной идеи,

Ортега-и-Гассет – стереть всякие границы, разделяющие людей: этнические, политические, конфессиональные и другие, чтобы было единство людей всей планеты,

Маритэн – усилить моральные христианские идеи,

Н. Бердяев – формировать религиозную душу,

З. Фрейд – вскрыть бессознательные тайники души.

Казалось бы, в этом океане мудрых идей голос русского мыслителя затонет как писк комара в гроте грома.

Возможно, величие Константина Сергеевича даже не в оригинальности общих идей… Ну в самом деле: вот по разделам статьи логика его рассуждений. Да, прогресс науки и техники однозначно не означает и роста мощи духовных ценностей и идеалов. Да, Западная Европа вместе с промышленной мощью навязывает отсталым странам и свои стандарты духовности, тем самым зачастую разрушая возможность развития их национальных культур. Да, Россия вписывалась в западную культуру в течение всей своей истории как-то бочком, бочком… То ли евразийская география мешала быть чисто европейской, то ли православие мешало принять католическо-протестантские стандарты. Да, человек – существо социальное. Да, социум расколот на элиту и «толпу». Да, и в элите можно найти как «свет» (носители духовных основ), так и мир (привязанных к мирским ценностям). Все это было известно и до Аксакова, и говорилось другими во времена Аксакова. Так в чем же величие и сила позиции К.С. Аксакова?

Я думаю – не в реверансах православию, в оценке его роли в существовании российского социума и его исторической силы. К.С. Аксаков, признавая божественный порядок вещей на земле, главную ответственность за то, как ты проживешь свою жизнь, какое место займешь в мироздании, возлагает на самого человека. Но, по Аксакову, сила россиян как раз и в том, что персонально русский человек не «каждый», а «один». То есть един с обществом. Он существо коллективное не только по природе (естеству), но и по разуму, по свободному собственному выбору быть Человеком, как это понимает его родное общество, с которым его связывает любовь всех ко всем.

«В человеке есть разумное, сознательное начало личности, отделяющее его от природы. Это начало может возвести его до небес и низвергнуть до ада. Личность дана человеку с тем, чтоб он сознательно и свободно победил ее в себе и нашел для нее центр не в ней самой, а в Боге. Начало личности есть грешное начало, как скоро личность служит себе, и становится высоким подвигом, как скоро личность отрекается от себя и служит не себе, а отказывается от себя, полагая центр не в себе, а в истине и любви братской, и образует общество».

 

 

Пётр Ильич Фёдоров, заведующий информационно-библиографическим отделом библиотеки БГПУ им. М. Акмуллы (Уфа):

 

Пророк в своём Отечестве

 

         Константин Сергеевич Аксаков принадлежал к тем немногочисленным деятелям русской культуры, голоса которых не были услышаны образованным обществом. Ещё в записке взошедшему на престол императору Александру II он предупреждал о грядущей катастрофе, которая ожидает Россию в случае продолжения взятого ею курса развития: «Чем долее будет продолжаться петровская правительственная система, <…> столь противоположная русскому народу, вторгающаяся в общественную свободу жизни, стесняющая свободу духа, мысли, мнения и делающая из подданного раба: тем более будут входить в Россию чуждые начала; тем более людей будет отставать от русской почвы, тем более будут колебаться основы русской земли, тем грознее будут революционные попытки, которые сокрушат, наконец, Россию, когда она перестанет быть Россией» (1). К сожалению, ему пришлось разделить участь тех пророков в своём Отечестве, которых не хотели слышать не только современники, но и их потомки.

         В статье «О современном человеке» (впервые опубликовано в 1876 г.) Константин Сергеевич пишет об опасном разрыве между развитием европейской цивилизации и оскудением человеческих душ. Главным недостатком современного человека его времени он считает исчезновение искренности и цельности души. Тонкая внутренняя ложь делает не только отдельных людей, но и общество порочным и бессильным перед грядущими вызовами. Рассматривая восточный деспотизм и западный индивидуализм как примеры подавления и борьбы личностей, он противопоставляет им духовный хор русского православия, который достигается свободным отрешением личностей от своего эгоизма и погружением в общее любовное согласие.

         К.С. Аксаков прекрасно понимал, что материальные успехи, комфорт и лёгкое просвещение гораздо ближе большинству его современников, чем трудный и непонятный подвиг самоотвержения и отрицания себя в Боге во имя достижения духовного хора настоящего человеческого общества. Говоря о современном ему образованном обществе, составляющем высший свет, он

называл его «сделкой эгоизмов», между которыми нет истинно общественной связи, основанной на любви.

         Главный порок светского общества, по его мнению, это полное отсутствие нравственного начала. В мелочности и пустоте светской жизни он видел главный оплот внутренней лжи, присущей современному человеку. Среди шуток и насмешек узаконенного в обществе внешне респектабельного и благовидного разврата гибли нравственные истины и ломались многие судьбы.

         Выход из этой ситуации Константин Сергеевич видел в хранении обществом своей нравственной основы и удалении из него всех еретиков. «Если общество есть согласие, то как же может быть в нём несогласный?» (2), – задавал он риторический вопрос. В случае же безнравственности самого общества человек, по его мнению, должен был покинуть его. В настоящее время, считал К.С. Аксаков, нужна особая общественная строгость. Хотя свои основные надежды на будущее возрождение России он возлагал на новый общественный союз, основанный на единстве нравственных убеждений.

         Он также не питал иллюзий по поводу будущих революций: «революция не изменяет порядка вещей; она есть тот же порядок, только вывороченный наизнанку; она не вносит свободы» (2). Выступая за отмену крепостного права, он видел будущее русского общества не в его дальнейшем раздроблении и секуляризации, а в возвращении на новом витке истории к прежнему религиозно-нравственному единству.

         В наше время плюрализма мнений и ещё большей духовной расслабленности идеи К.С. Аксакова о неустанной работе души звучат особенно актуально. Внутренняя пустота людей, выросших на массовой культуре, угрожает современной цивилизации обвалом в самую дикую и разнузданную архаизацию. Опыт последних десятилетий учит тому, что общества, построенные на лжи, какими бы красивыми лозунгами и вывесками они ни украшались, обречены на деградацию и распад, влекущие за собой трагедии миллионов людей.

 

Сноски

  1. Аксаков, К.С. Записка «О внутреннем состоянии России», предоставленная  Государю Императору Александру II, [1855 г.] [Электронный ресурс]. – Режим доступа : http://xix-vek.ru/material/item/f00/s00/z0000003/st085.shtml.
  2. Аксаков, К.С. О современном человеке [Электронный ресурс]. – Режим доступа : http://dugward.ru/library/estetika/kaksakov_sovr_chel.html.

 

 


Культурная среда
Бельские просторы подписка 2017 3.jpg
Подписывайтесь на бумажную и электронную версии журнала! Все можно сделать, не выходя из дома - просто нажимайте здесь!
Октября 28, 2016 Читать далее...


Ананас-33.jpg
30 мая в Союзе писателей РБ состоялось собрание объединения русских писателей. Был избран новый председатель объединения. Собравшиеся выказали полное единодушие и избрали следующим руководителем ОРП заместителя главного редактора журнала «Бельские просторы» Светлану Рустэмовну Чураеву.



Вчера, 23 мая, редакция журнала "Бельские просторы" посетила Шаранский район, встретилась с библиотекарями и побывала на празднике Славянской письменности.
1.jpg
2.jpg
3.jpg
5.jpg
6.jpg
7.jpg


В течение двух дней в Белорецком районе проходили встречи с писателями, редакторами ведущих журналов и газет республики. От журнала «Бельские просторы» в встречах принимали участие заместитель главного редактора Светлана Чураева и редактор отдела прозы Игорь Фролов. 18 мая творческий десант принял участие в музыкально-поэтическом мероприятии для отдыхающих и коллектива санатория «Ассы». 19 мая гости прибыли в город Белорецк, где для них была подготовлена большая программа. Встречи проходили в нескольких школах и библиотеках. Заключительное мероприятие состоялось в школе №1.

Чураева Белорецк.jpg

Светлана Чураева знакомит читателей Белорецка с новинками журнала "Бельские просторы"

белорецк.jpg

Писатели РБ возлагают цветы к бюсту А. С. Пушкина

ф и ч белорецк.jpg

Игорь Фролов и Светлана Чураева среди читателей



Все новости

О нас пишут

Наши друзья

логотип радио.jpg

Гипертекст  

Рампа

Ашкадар



корупция.jpg



Телефоны доверия
ФСБ России: 8 (495)_ 224-22-22
МВД России: 8 (495)_ 237-75-85
ГУ МВД РФ по ПФО: 8 (2121)_ 38-28-18
МВД по РБ: 8 (347)_ 128. с моб. 128
МЧС России поРБ: 8 (347)_ 233-9999



GISMETEO: Погода
Создание сайта - «Интернет Технологии»
При цитировании документа ссылка на сайт с указанием автора обязательна. Полное заимствование документа является нарушением российского и международного законодательства и возможно только с согласия редакции.