Учредитель: Правительство Республики Башкортостан
Соучредитель: Союз писателей Республики Башкортостан

ЕЖЕМЕСЯЧНЫЙ ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКИЙ ЛИТЕРАТУРНО-ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ЖУРНАЛ
Издается с декабря 1998
Прямая речь


Авторы номера:

масленников.jpg

Дмитрий Масленников

2009_S.G.Kara_Murza_interview.jpg

Сергей Кара-Мурза

Гафуров Т.М. фото.jpg

Тимур Гафуров

ya-s-trubkoy_ejw_1280.jpg

Владимир Кузьмичёв

Борис Курчатов.jpg

Борис Курчатов

Коркотян.jpg

Эдди Коркотян

мария Асадуллина.jpg

Мария Асадуллина

ольга ощепкова.jpg

Ольга Ощепкова

klassen15.jpg

Генрих Классен

Савельев Игорь.JPG

Игорь Савельев



Читать далее...

Уголок журнала

Из картинной галереи
Анатолий Чечуха. Давным-давно в марте. 1972
Анатолий Чечуха. Давным-давно в марте. 1972
Анатолий Чечуха. Лодочная станция. 1976
Анатолий Чечуха. Лодочная станция. 1976
На фронте - затишье. Минуты отдыха
На фронте - затишье. Минуты отдыха
О.Цимболенко. Зима в старом районе (2008)
О.Цимболенко. Зима в старом районе (2008) Молодые художники Уфы

Публикации
Борис Валерианович Курчатов родился и живет в Уфе. Закончил физический факультет БашГУ. Публиковался в газете «Истоки» и в интернет-изданиях.

Из истории города Психорецка. Сатирическая проза

№ 4 (221), Апрель, 2017

 

Об авторе: Борис Валерианович Курчатов — известный литератор, член Союза Писателей Гынюков, член Ассоциации переводчиков с гынюкского на психорецкий, лауреат конкурса имени Мартиана Бледного, лауреат премии «Поэтическое Ополчение»; автор сборников стихов «Муза и пехотный взвод», «Песни мусоропровода», «Пегас в кавалерии»; Почетный председатель общества «Союз пера и орала»; Заслуженный работник военно-патриотического воспитания.

 

 

I

 

Во время гражданской войны Психорецк несколько раз переходил в руки то физиков, то лириков. Там и сейчас проспект Фарадея пересекается с улицей 400-летия Шекспира, а тупик имени Второй Производной упирается в аллею Амфибрахия.

Захватив город, свою деятельность в нем и те и другие начинали со взрывных работ: одни взрывали научные лаборатории, другие – концертные залы. Когда в конце концов к власти пришел трудовой народ, в городе остались только закусочные и бани.

Долгое время в Психорецке за чтение как «Фауста», так и книг по электродинамике сажали в тюрьму; тех, кто писал или говорил без ошибок, наказывали штрафом; употребляющих слова и выражения, не предусмотренные изданным правительством «Необходимым и достаточным лексиконом Психоречья», ссылали на каторжные работы.

 

II

 

И вот в Психорецк нагрянула свобода.

Партия наховцев предлагала ввести в школах обязательный предмет – Родная Матерная Речь. Голубые высказали предложение проспект Фарадея переименовать в проспект Парад Геев и ввести раздельное школьное обучение.

Зеленые засевали бывшие колхозные поля коноплей. Красные жгли коноплю и сажали мак. Аграрии жгли мак, сажали картошку и гнали из нее самогон.

Партия Православных требовала введения в школьную программу Закона Божьего, запрета срамных передач по телевидению и ссылки наховцев в кандалах на Соловки. Казаки раздавали прихожанам нагайки и шашки для обороны от лесбиянок и исполнителей бесовских плясок.

Народ стонал под гнетом демократии, бил челом Градоначальнику и молил дать окорот супостатам-антихристам.

Окорачивать городскому голове было по нраву. Сам он уродился роста короткого, нрава кроткого, все речи начинал словами: «Э... Буду краток...» – на этом и завершал их под бурные аплодисменты.

«Необходимый и достаточный лексикон» он сократил в десять раз; максимально допустимую длину слова – до трех букв.

В арифметике ввел новые правила сокращения, умножения и вычитания. Два минуса теперь приравнивались к одному плюсу, а сокращение называлось приумножением.

Количество газет было сокращено до трех, число телеканалов до двух. Количество правильных мнений до одного.

Наховцев отправили на сократительно-трудовые работы. Одного олигарха посадили на семь лет за продажу картофеля за границу и ущерб, нанесенный отечественному самогоноварению.

Неизвестными были застрелены три журналиста, ведшие подрывную деятельность и развратную жизнь. Народ с облегчением вздохнул, молился за своего благодетеля, величал его почтительно МинУсом.

Возраст призыва в армию Градоначальник сократил до тринадцати лет.

Для сокращения сокращения численности населения и защищаясь от агрессивных соседей, ввел танки в соседний город Вольные Г…нюки. По многочисленным просьбам местных жителей присоединил его к Психорецку.

Психоречане, наворовавшие под грохот танков в окрестных деревнях конопли, мака и самогона, славили городского голову и требовали новых сокращениев, не ведая, что грядущий окорот коснется их самих.

 

III

Долго ли коротко ли томился оккупированный город под игом психорецкого самодержавия, но в конце концов томиться ему надоело. И вот собрали жители Вольных Г…нюков народную Референ Думу, подумали и решили, что быть их городу суверенным Городом-Героем.

И стал их город суверенным, вернули ему старое название Вольные Гынюки. Прозвали их так издревле, потому что всякую фразу заканчивали они непонятным словом «гы».

Написали гимн «Край благодатный гынюков, освобожденный от оков», нарисовали герб, выпустили свою валюту – воли и гыньки.

Надо было что-то делать с национальной идеей, самосознанием и государственным языком. Правда, иногда раздавались в Референ Думе робкие голоса, говорившие, что надо что-то делать с урожаем картошки, гы... Которого урожая нет, гы. Но этих несознательных гынюков быстро поставили на место. А кого – и посадили.

Провели реформу гынюкского языка для отделения его от психоречи. В русле борьбы с окоротизмом увеличили алфавит на десять букв. Теперь любимое слово «гы» стало писаться hы, а «гынюки» – hынuki. Для удлинения слов hы стали ставить в конце каждого слова.

Выпустили Бальшой Словарь Велikовольнavо Hыnukskavо Yaзыkа.

Учебник Hыnukskavо Yaзыkа напечатали тиражом 100 миллионов экземпляров, чтобы в любой стране мира желающие могли изучать живой гынюкский язык.

Гынюки быстро забыли психоречь и перестали ее понимать, поэтому на улицах рядом с вывесками на психоречи повесили переводы их на гынюкский: Бакалея – Бакалеяhы, Кафе – Кафеhы, Кулинария – Кулинарияhы...

А счастья все не было.

 

IV

 

Между тем в Психорецке с целью обороны от возможной агрессии Гынюков работали над созданием сверхмощной Бонбы, которая в случае коварного нападения врага полностью стерла бы Гынюки с лица земли.

Тем же занимались и в Гынюках и тоже с целью обороны и борьбы за мир. Сверхсекретный проект для конспирации назывался не Бонбаhы, а hы-Бонба. Или коротко: h-Бонба.

Наконец Бонба была создана в обоих городах почти одновременно. Трудно сказать, насколько способствовало это делу мира. Теперь в случае запуска Бонбы одним из городов другой, завидев летящую Бонбу противника, отправил бы свою, таким образом, оба города оказались бы уничтоженными почти одновременно. Получалось как в том известном в психоречье анекдоте: «Зачем же мы оба ели г..но?..».

Тем временем росло возмущение лириков, что, мол, опять все физикам: и роскошные квартиры, и дачи, и автомобили, и спецпайки – потому как они над Бонбой работают. Лирики развернули антимилитаристскую борьбу. Стали называть себя «цветами любви», гыппи, втыкали солдатам в стволы автоматов цветки мака, рисовали плакаты с Бонбой, перечеркнутой буквой «хер».

Выращивали мак и коноплю. Сочиняли частушки, которые распевались народом:

 

Сеет милка коноплю,

я за то ее люблю!

 

Да и сам я не дурак

и выращиваю мак!

 

Ейный личный кабинет –

а миру да, а бонбе нет!

 

Что ей танк, что самолет –

она только мне дает.

 

Правительство для острастки арестовало нескольких особо рьяних лириков. Кого посадили, кого выслали за пределы Гынюков, осудив всенародно как наркоманов, половых извращенцев и иностранных шпионов.

Народный поэт Мартиан Бледный напечатал в центральной газете обличительные стихи:

 

Мак посеял педераст,

а завтра родину предаст.

 

Бледный первоначально принадлежал к теченью декадентско-эротическому:

 

Слезы твоей упала капля

на глянцевую плитку кафля...

Твои взволнованные перси

Напоминали спелый персик…

 

Пуритане обвиняли его в развращении молодежи и насаждении сексуальности, хотя его импотентная поэзия насаждала совсем противоположное.

Потом Мартиан понял, что гораздо выгодней писать стихи во славу городничего, и тем заслужить благ и почета не меньше, чем конструированием h-Бонбы.

И вот из-под его пера стали выходить такие поэзы:

 

Свободы близился момент,

Был нужен выбор – новой славы:

Был нужен сильный Президент –

И Головою стал Двуглавый.

Родной наш городской глава

главой работает, как два!

Идем мы к счастью неуклонно,

ввойдя в его правленья лоно,

на зависть чужеродных стран.

Тому порукой Мартиан...

 

Народ, между тем, продолжал сочинять частушки.

 

V

 

Лириков разгромили, мак и коноплю уничтожили. Но картошки не было. И купить ее за границей не представлялось возможности, потому что все народные средства были потрачены на изготовление Бонбы для обороны от заграничных врагов. Мир дороже картошки.

В трудную годину испытаний и бед психореченцы всегда задавались вечными вопросами: «Кто виноват?» и «Что делать?».

По причине врожденной лени делать что-то они не любили, поэтому предпочитали искать виноватых.

В древней истории Психоречья повелось: если картошка не уродилась – а она постоянно не урождалась – находили колдуна, зарывшего в ночь новолуния в поле черную собаку. Или ведьму, которая навела на скот порчу. Их убивали и съедали. На какое-то время это помогало от голода.

Но пришла эпоха просвещения, есть людей вышло из моды, верить в колдунов и ведьм считалось мракобесием и мовэтоном.

Теперь в голодный год психореченцы брали лопаты и вилы и с криком: «Бей китов[1]! Спасай картошку!» – устраивали погромы. Картошку они не спасали, но награбленное добро ненадолго спасало народ.

В Гынюках с погромами возникали сложности. Там совсем не было китов. После победы над лириками надо было найти виноватых в народных бедах и неурожае.

А кто ищет, тот обрящет, как говаривал Городничий Гынюков. Он же, неустанно радея о народном благе, и обрял... Короче – нашел!

Физики после окончания работы над Бонбой стали не только бесполезны в народном хозяйстве, но и опасны.

Они слишком много знали. Вслед за лириками они стали выражать пацифистские настроения, предлагали использовать Бонбу в мирных целях и высказывали другие преступные идеи, направленные на подрыв государства. Более того – они носили очки и шляпы, имели сутулый вид, играли не в футбол, как все нормальные люди, а в шахматы...

В общем, вполне подходили на роль врагов народа и сельского хозяйства. Разоблачение физиков-вредителей началось статьей Городничего в центральной газете «Вольногынючая правда»: «Куда ведут нас формулы, или Что важнее: законы физики или законодательство?».

На следующий день в газете появилась новая поэма Мартиана Бледного:

 

Вечно ноющим, все проклинающим,

очерняющим светлый рассвет,

и картофель в полях отравляющим,

скажем грозно: несите ответ!

 

Они смотрят как грозные хищники,

не берет их ни стыд и ни срам,

к Бонбе тянутся правозащитники,

чтоб отдаться властям дальних стран...

 

Физиков стали привлекать, арестовывать, сажать и ссылать. Развернулась широкая работа по их выявлению, разоблачению и привлечению.

Как выяснилось в процессе работы, химики, биологи, математики и другие очкарики ничем не отличались от физиков по своей антинародной сущности. И началась масштабная борьба с врагами-интеллигентами. Которая приобрела всенародный характер. За выявление и написание доноса на интеллигента полагалась денежная премия. За пять доносов – бесплатная путевка на курорт.

Предусматривалось также привлечение к уголовной ответственности и наказание за недоносительство.

«Гынюк, обнаруживший нарушителя, должен обратиться в службу полиции через специальную форму “Заявить о враге народаˮ, которая находится в любом почтовом отделении» (УК Гынюков, п. 6.2).

Но враг оказался хитер и коварен. Интеллигенты начали скрываться и маскироваться под правоверных гынюков. Они перестали носить шляпы и очки. Для большей достоверности и введения в заблуждение правоохранительных органов некоторые доходили до того, что ругались матом и сморкались в кулак («обземь соплю выбивали» – как говорят гынюки).

Однажды Мартиан Бледный, находясь в общественном месте в шляпе, которую он имел обыкновение носить в дождливую погоду, был по ошибке задержан полицией, принявшей его за интеллигента. Когда выяснилось, в чем дело, он воскликнул: «Дело в шляпе!» – и эта фраза вошла в поговорку.

Также сутулость и игра в шахматы не были точными критериями для выявления интеллигентов.

Среди них даже оказался один чемпион Психорецка по теннису.

В рамках борьбы с агрессией интеллигентщины был создан НИИИИИ (Научно-Исследовательский Институт Идентификации Инфицированных Интеллигентством).

Кропотливая работа его сотрудников принесла плоды. Они разработали способы выявления интеллигентов. В результате проделанной научной работы было выяснено, что интеллигенты имеют свой специфический запах, по которому их можно отличить от других людей. И специально обученные и выдрессированные собаки всегда могут обнаружить интеллигентов в толпе, как они находят наркотики или взрывчатые вещества.

 

VI

 

В результате борьбы с интеллигентами-вредителями в Гынюках не стало представителей некоторых профессий: ученых, артистов балета, врачей, писателей и других паразитов на теле трудового народа.

В целях социальной защиты населения многие учреждения – как школы, детсады, больницы – перешли на бесплатное самообслуживание и демократическое самоуправление.

Лучше и быстрее всего получилось это в психбольницах. Шизофреники и алкоголики оказались самыми организованными и сплоченными.

Под лозунгом «Психи всех стран – соединяйтесь!» они стали выпускать свою газету и создали Народно-Психократическую Партию. Партия эта быстро стала преобладающей в Референ Думе, и вскоре из ее рядов был избран новый Городской Голова.

По этому поводу в народе сразу родилась частушка:

Если плохо с твоей головой,

Значит, будь Городским Головой!

 

Начались перемены к лучшему.

По требованию фракции алкоголиков в Референ Думе был принят закон, запрещающий использовать картошку для иных целей, кроме самогоноварения.

По улицам стало принято ходить в вывернутых наизнанку пальто и пиджаках, разноцветных туфлях и перчатках, с воздушными шариками, засунутыми в рубашки и штаны, которые прохожие протыкали булавками под дикий хохот окружающих.

Дворники зимой не убирали с тротуаров снег, а разбрасывали поверх него песок и грязь.

Полиция для увеселения публики устраивала стрельбу из пистолетов, потасовки и автомобильные аварии.

Если человек на улице громко не смеялся, не разговаривал сам с собой, размахивая руками, не мочился на газон, не бил об асфальт бутылки, переходил дорогу на зеленый свет – его забирала полиция и отправляла в психушку.

То же происходило и с теми, кто на вопрос: «сколько будет трижды четыре?» – отвечал «двенадцать».

Расчеты за продукты в магазинах приобрели очень простой, справедливый и демократичный характер, тем более, что кассиры и продавцы не умели ни складывать, ни умножать, ни считать больше, чем до пятнадцати. Цены стали договорными.

Для внушения народу оптимизма в газетах публиковались патриотические статьи, исключительно благоприятные прогнозы погоды и сообщения о невероятно высоких урожаях картошки. Зато в других городах постоянно происходили ураганы, наводнения, извержения вулканов, теракты и падения тунгусских метеоритов.

Не дожидаясь милостей от природы, гынюки осушали болота, озера и моря, в других же областях наоборот создавали озера, моря и болота, меняли русла рек, придавая им изящную и правильную форму, переносили на новые места горы и пустыни.

Вслед за гынюками и психи Психорецка, города древней психократии, развернули широкую борьбу за восстановление своей власти, незаконно узурпированной врагами народа.

 

VII

 

«Вот прогоним белых, Петька, и такая жизнь начнется!» – говорил герой всеми любимого в Психорецке фильма.

Белых и в самом деле прогнали. Евреи сами эмигрировали по сложившейся традиции.

Но жизнь все не начиналась.

Напротив, психоречане лишились своих самых любимых по жизни развлечений: кулачных боёв и погромов, – которые теперь были запрещены градоначальником, чтобы, за неимением белых и прочих, горожане не калечили друг друга.

«Берегите силы для борьбы с внешним врагом!» – призывал градоначальник.

Но горожане были людьми приземленными и признавали только то, что можно увидеть, пощупать, понюхать. А потому как внешних врагов они отродясь не видывали, то в их существование верили не больше, чем в существование инфузорий или квазаров…

«Оно, канешна, знать енти шмуки где-то водятся... Вы люди ученые, вам лутьше известно. Да к нашей жизни православной оне касательства не имеют».

Надо сказать, что городничий сам был большим любителем кулачных боёв, и часто, сидя с семьёй за ужином и выпив несколько рюмок психорецкой горилки, не мог удержаться, выбегал на улицу, ухаживал кулачищем случайного прохожего и, зычно воскликнув: «А ты не балуй!», скрывался в хоромах, провожаемый восторженным шёпотом других прохожих и вытаращенными в преданности глазами жандармов.

Простому народу оставалось мало забав. В шахматы они не играли, оправдывая это тем, что уехавшие увезли с собой все доски.

Развлекались традиционной психорецкой игрой «у кого струя длиннее». Женщины по понятной причине в ней не участвовали .

Больше развлечений не было.

 

VIII

 

Когда использование и испытания h-Бонбы были запрещены междугородней конвенцией, в Психорецке и Гынюках начали думать о создании другого оружия для борьбы за мир.

Снова стали привлекать к работе ученых, возвращая их из лагерей.

Но, как это часто бывает, великое открытие пришло оттуда, откуда его не ждали.

Однажды, когда Мартиан Бледный читал свои стихи народу в Городском Дворце Лирики, в зале вдруг издохли все мухи. Их мертвые тела падали на головы изумленной публики.

Оно, конечно, гынюкам давно известна поговорка «мухи мрут», но на практике такой эффект от выступления наблюдался впервые.

Мартиан повторил опыт дома, прочтя вслух смертоносное стихотворение. Кончина постигла всех насекомых в квартире: мух, тараканов, клопов, пауков...

Поэт продолжал эксперименты. Вскоре ему удалось создать произведение, лирическая сила которого отправила на тот свет мышей и хомячка.

Следующий его шедевр сразил наповал коккер-спаниеля.

И вот однажды жена Мортиана, войдя в кабинет поэта, нашла его в кресле не только бледным, но и бездыханным. На письменном столе лежал листок с последним произведением мастера. Прочитав его, жена упала замертво.

Прибывшие на место трагической гибели полицейские прочли несколько строк стихотворения – и были доставлены в больницу в тяжелом состоянии.

Такое воздействие поэзии на организм человека и животных наблюдалось и раньше, и было описано некоторыми авторами. Например, у Есенина:

 

... И Клюев, ладожский дьячок,

Его стихи как телогрейка,

Но я их вслух вчера прочел –

И в клетке сдохла канарейка.

 

Однако подобные свидетельства не принимались всерьез, их считали поэтической вольностью и фантазией игривого ума.

И вдруг выяснилось, что стихи могут стать оружием массового поражения!

Последняя рукопись М. Бледного, обладающая такой страшной убойной силой, хранилась в сейфе министра обороны Гынюков. В секретной типографии печатали копии стихотворения, чтобы в случае войны разбрасывать их над местом расположения армии противника.

Иносказательно описал в своей апокалиптической поэме-видЕнии налет гынюкской авиации один психорецкий лирик:

 

Дракон индиговый над нами

Раскинул с гордостью орла

Два перепончатых крыла

И сверху клал на всех стихами.

 

На землю сыпались стихи,

Как пепел с неба в год пожара,

И от словесной шелухи

Все, что могло бежать, бежало.

 

Глаголом жжет, наречьем косит,

И мрут от пламенной строки

На сносях бабы на покосе

И комбайнёры-мужики.

 

Под небом сел, лугов и пашен

Летел дракон, тяжел и страшен,

Роняя бледные страницы,

И дохли мухи, звери, птицы,

 

Менты на службе, в банках воры –

Всем приходилось нелегко.

 

На грядках кисли помидоры

И в тетрапаках молоко.

 

Микробам даже было плохо:

Бациллам с палочками Коха;

А вирус гриппа от стихов

Кирдыкнулся – и был таков.

 

Началась работа над новым сверхмощным оружием и в Психорецке. К участию в секретном проекте привлекались лучшие (то бишь худшие) поэты.

Вскоре были получены первые результаты…

 




[1] Значение этого слова осталось неясным историкам Гынюков. Сомнительно, что имеется в виду морское млекопитающее. Впрочем, ряд ученых допускают, что много веков назад киты встречались в Психоречье. А иные доказывают, что слово «крокодил» распространилось по миру из Гынюков.




Культурная среда
Бельские просторы подписка 2017 3.jpg
Подписывайтесь на бумажную и электронную версии журнала! Все можно сделать, не выходя из дома - просто нажимайте здесь!
Октября 28, 2016 Читать далее...


Первый заезд Летней литературной школы "Корифеи"
9vRm_9_lDbw.jpg
DSC00790.JPG
DSC00858.JPG
DSC01066.JPG
DSC01162.JPG
DSC01249.JPG
DSC01273.JPG


Все новости

О нас пишут

Наши друзья

логотип радио.jpg

Гипертекст  

Рампа

Ашкадар



корупция.jpg



Телефоны доверия
ФСБ России: 8 (495)_ 224-22-22
МВД России: 8 (495)_ 237-75-85
ГУ МВД РФ по ПФО: 8 (2121)_ 38-28-18
МВД по РБ: 8 (347)_ 128. с моб. 128
МЧС России поРБ: 8 (347)_ 233-9999



GISMETEO: Погода
Создание сайта - «Интернет Технологии»
При цитировании документа ссылка на сайт с указанием автора обязательна. Полное заимствование документа является нарушением российского и международного законодательства и возможно только с согласия редакции.