Учредитель: Правительство Республики Башкортостан
Соучредитель: Союз писателей Республики Башкортостан

ЕЖЕМЕСЯЧНЫЙ ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКИЙ ЛИТЕРАТУРНО-ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ЖУРНАЛ
Издается с декабря 1998
Прямая речь

Авторы номера:

Шалухин.jpg
Станислав Шалухин
Вахитов Салават.JPG
Салават Вахитов
абдуллина_предпочтительно.jpg
Лариса Абдуллина
михаил магид.jpg
Михаил Магид
Света Иванова.JPG
Светлана Иванова
Маслова Анна.jpg
Анна Маслова
полина ротштейн.jpg
Полина Ротштейн
Кондратьев.jpg
Сергей Кондратьев
Валерий Абдразяков.jpg
Валерий Абдразяков
Романова.JPG
Римма Романова



Читать далее...

Уголок журнала

Из картинной галереи
Северные амуры.jpg
Северные амуры.jpg
1_DSC_3487А.jpg
Свастика
Свастика
1
1

Публикации

Светлана Рустэмовна Чураева родилась 13 июня 1970 г. в Новосибирском Академгородке. Окончила БашГУ. Автор нескольких книг прозы, поэзии, публицистики. Соавтор перевода на русский язык Государственного гимна РБ. Лауреат более десятка республиканских и федеральных литературных и драматургических премий. Член Союза писателей России, Башкортостана и Санкт-Петербургской ГО. Заместитель главного редактора журнала «Бельские просторы».

Уфимские словесники предлагают пятилетку литературы. Башкирский государственный университет

№ 8 (213), Август, 2016

Участники:

Гузель Ахмадиевна Леонова, победитель конкурса «Учитель года столицы – 2014 г.», учитель русского языка и литературы лицея «Содружество»;
Татьяна Алексеевна Леонова, кандидат исторических наук, доцент кафедры всеобщей истории и культурного наследия БГПУ им. М. Акмуллы;
Валентин Рахимович Тимирханов, доктор филологических наук, профессор, зав. кафедрой современного русского языкознания БГУ;
Элеонора Шамилевна Файзуллина, кандидат филологических наук, доцент, ведущий научный сотрудник НИМЦ ГО г. Уфа;
Пётр Ильич Фёдоров, зав. информационно-библиографическим отделом библиотеки БГПУ им. М. Акмуллы;
Игорь Александрович Фролов, прозаик, литературный критик, публицист, зав. отделом критики журнала «Бельские просторы»;
Виктор Иванович Хрулёв, доктор филологических наук, профессор кафедры русской литературы и издательского дела БГУ;
Светлана Рустэмовна Чураева, прозаик, поэт, драматург, переводчик, зам. главного редактора журнала «Бельские просторы».


Файзуллина Э.Ш.: Когда 2015 год Президент России объявил Годом литературы, сказав при этом: «Наша задача – привлечь особое внимание общества к отечественной литературе, сделать русскую литературу, русский язык мощным фактором идейного влияния России в мире», у нас у всех забрезжила надежда, что общество и власть, объединившись, вернут нашему Отечеству статус самой читающей страны в мире. Увы, большинство российских изданий – причем различного идеологического толка – пришли к единодушному мнению: ожиданий Год литературы не оправдал. Наверное, поздно искать «Кто виноват», конструктивнее – «Что делать?» и прежде всего нам с вами, филологическому, гуманитарному сообществу Уфы. Мне кажется, что своеобразным вектором в общей нашей работе в Год литературы должны были стать юбилейные даты, которые для нас, гуманитариев – филологов, историков, культурологов, являются очевидным, логичным, даже чем-то сакральным: 220 лет А.С. Грибоедову, 125 – Б.Л. Пастернаку, 90 – А.Ю. Генатулину, 100 – Е. Долматовскому, 110 – М.А. Шолохову,120 – С.А. Есенину, 100 – К.М. Симонову и т. д., и т. д., таким «плодородным»– как-будто специально – оказался литературный год. 
Были и печальные даты в прошедшем году – не стало нашего великого современника, Лауреата Всероссийской литературной премии им. С.Т. Аксакова Валентина Григорьевича Распутина, последнего и самого младшего представителя мощнейшего течения в русской культуре – деревенской прозы, по характеристике его друга и известного литературоведа Валентина Курбатова, «самого младшего, самого любимого, самого совестливого сына России». А ведь наш великий современник был в Уфе трижды; он встречался с читателями, выступал в том числе и у нас, в БашГУ около трех часов при переполненной аудитории; сняты десятки телеинтервью с ним наших местных каналов, сделаны добротные фильмы. Для чего? Чтобы ни разу о нем не вспомнили в Год литературы и чтобы о нем промолчали все издания и все каналы города? Всероссийская литературная премия им. С.Т. Аксакова – единственная в России, и ее лауреаты – гордость отечественной словесности и культуры. Как бы уместно было озвучить их имена, среди которых и покинувший нас в Год литературы Валентин Григорьевич, так восторженно писавший и говоривший о нашем городе, который действительно искренне полюбил. 
2 ноября, аккурат день в день 100-летия Константина Симонова, канал «Культура» показал документальный фильм 1977 г. в традиционном для тех лет жанре «Встречи в Колонном зале». При переполненном зале на сцене был К.М. Симонов таким, каким мы его запомнили: красивым, улыбчивым, изумительно читающим свои стихи, предельно внимательно – записки с вопросами и ответы на них. А вопросы были не о ЖКХ, не о колбасе и т. д..., а о творчестве: поэтическом и прозаическом, о вдохновении художника, о стране, о войне и Великой Победе – все и не перечислишь. Боже мой, какие были лица в зале! Одухотворенные, знающие историю страны, историю литературы, помнящие наизусть десятки стихов, как слушали своего любимого поэта – участника Великой Отечественной воины из поколения Победителей, затаив дыхание. Низкий поклон каналу «Культура» не только за историко-архивно хронологический, а проект возрожденческий. А вот новый фильм 2015 года, приуроченный к Году литературы, также сделанный в жанре документального кино; автором и главным рассказчиком стал сын писателя, Алексей Симонов. Сообразно традиции и закону жанра, мы ждали просветительский, личностный фильм, юбилейный. Но: ни о жизненном пути, ни о творчестве поэта-фронтовика не сказано было практически ничего, но зато пристальное внимание сын уделил описанию физиологии, болезням, возрасту отца и пр., которые не только ничего не добавляют, а, напротив, признаюсь, некоторые анатомические подробности «юбилейного» фильма шокировали. И это о Константине Михайловиче Симонове, который имел самое непосредственное отношение к 2015-му году в обеих его ипостасях: и к Году Победы, и к Году литературы. И это мы лицезрели в день 100-летнего юбилея классика отечественной поэзии, прозы, публицистики, видного общественного деятеля, фронтовика, автора своеобразной поэтической молитвы, написанной в самом начале войны, «Жди меня», гимна женской верности и мужской доблести. Сколько представителей старшего поколения вспомнили его, рассказали наизусть, спели (известны несколько переложенных на музыку романсов и песен, авторы мелодий которых, как правило, неизвестны, т.к. пришли из народа и вернулись в народ).
Примеры можно было продолжить, к сожалению, их предостаточно, но мы сегодня собрались не для выяснения того «Кто виноват?», а для определения «Что делать?» нам, филологам, историкам, культурологам, живущим и работающим в Уфе, городе, имеющем славные литературные традиции и не одно поколение чутких, думающих и образованных читателей. 

Хрулёв В.И.: Литература – это сердцевина искусства, культуры, духовного состояния общества. Она очищает человека от скверны, возвышает его, открывает внутренний потенциал. И человек преображается, становится лучше, значительнее для себя и интереснее для окружающих. А если он игнорирует литературу, замыкается в своей обыденной жизни, он обесцвечивается. Наш учитель Л.Г. Бараг спрашивал студентов: «Вы не читали это? Я вам завидую. Вас ждёт большая радость». Хорошая книга – это праздник мысли и чувства.
Литература целительна в обыденной жизни. И спасительна в годину испытаний. Её духовное воздействие на человека и общество невозможно переоценить.
Л. Толстой писал в своём дневнике: «Искусство есть микроскоп, который наводит художник на тайны своей души и показывает эти общие всем тайны людям».
Что показали зрителям в год литературы на ТВ? Прошлые встречи с классиками литературы, с её известными писателями. Встреча с Леонидом Леоновым: ему 80 лет. Как масштабно и глубоко он мыслит! Напоминает о мировых ориентирах: Данте, Шекспир, Гёте, Пушкин, Толстой, Чехов. Выступает Валентин Катаев. Легко и раскованно говорит о тайнах творчества. Выступают К. Симонов, А. Твардовский, В. Распутин, А. Вознесенский. Это праздник мысли и чувства. И как внимательно и вдумчиво слушает зал. Какие вдохновенные лица у читателей. Это уровень восприятия литературы в советском обществе. «Роман-газета» выходил тиражом в 2 миллиона экземпляров и раскупался за неделю. Сегодня его тираж – 5 тысяч. И он месяцами лежит в киосках.
Год литературы – это не только наш общий праздник. Для специалистов это испытание на честность и трезвость взгляда на реальность, на положение искусства, культуры, духовной жизни в России. Сегодня мы вправе ещё раз поставить острые вопросы, и привлечь к ним внимание граждан. Ещё раз напомнить всем, чем является литература в жизни России и народа.
Уже в античности философы догадывались, что значение цивилизации, её оправдание состоит в том, чтобы оставить после себя совершенную поэтическую строку. Всё остальное преходяще и тленно. Эту мысль в начале ХХ века утвердит И. Бунин в стихотворении «Слово»:
Молчат гробницы, мумии и кости, –
Лишь слову жизнь дана:
Из древней тьмы, на мировом погосте,
Звучат лишь Письмена.

И нет у нас другого достоянья!
Умейте же беречь
Хоть в меру сил, в дни злобы и страданья
Наш дар бессмертный – речь.
(«Слово», 1915)

Поэтическая строка – это мысль, чувство и память. Это образ времени, запечатлённый в слове. И слово это не только целительно. Оно спасительно в годины испытаний. Литература – это наше духовное достояние. И тот, кто хочет ослабить её роль, предать забвению, ввести в систему рыночных ценностей, опростить до уровня развлекательных услуг – покушается на святое. А как считал Л. Леонов, «народ уничтожают со святынь». И чтобы не превратиться в «быдло», в «бесправное стадо», как именуют нас олигархи, нам нужно защищать свои ценности.
В многонациональной стране литература – это сфера миротворчества, понимания и уважения друг друга. А если её ослабить – вспыхнет подозрительность, взаимные упрёки, отчуждение. Это хорошо понимали в Советском Союзе. И скрепляли народы общей духовной культурой. Поэтому литература – это и инструмент нашей национальной безопасности.
Когда мы говорим о литературе, мы поднимаемся к высотам искусства и культуры. Так сложилось, что литература в России стала философией, эстетикой, этикой, школой образования и воспитания. А. Пушкин писал: «Чтение – вот лучшее учение. Следовать за мыслями великого человека – есть наука самая занимательная».
«Книга – это духовное завещание одного положения другому…», считал А. Герцен. «Литература – это совесть общества, его душа», – отличал Д. Лихачёв.
Нужно честно и трезво оценить то положение, в котором мы находимся. И если мы сможем это сделать, мы сможем и разумно распорядиться теми ресурсами, которыми располагаем. Что значит трезво? То, что мы находимся вновь в положении осаждённой крепости. Только теперь – мы огромная страна с небольшим, стремительно стареющим населением. Из 146 миллионов человек уже сейчас 50 миллионов пенсионеров. У нас каждый год делается миллион абортов. Т.е. каждый год мы недосчитываем миллиона будущих детей. У нас 25 миллионов человек находятся за чертой бедности, 13 миллионов – инвалиды. Ежегодно пропадают 20 тысяч детей. Из них 1,5 тысячи пропадают бесследно.
Мы вынесли страшную войну и потеряли убитыми почти 27 миллионов человек. Из них 8 миллионов солдат и 19 миллионов женщин и детей. Этот урон невозможно возместить и за два столетия. Жизнеспособность нашего народа уникальна. Как и готовность к самопожертвованию. И это останавливает наших противников. Но мы теряем собственное население и те ценности, которые стоили таких страшных жертв. Сегодня мы предаём тех, кто спас нас в годы войны.
Культ рыночной экономики и свободы в политике, экономике, в духовной, эстетической и нравственной сферах дискредитировал себя. Он утвердил цинизм в отношениях и пошлость в искусстве. Многие помнят, как в лихие 90-е вице-премьер Альфред Кох утверждал по ТВ: «Мы недостаточно циничны, чтобы жить хорошо». Теперь они достигли в цинизме предела и процветают. 58 долларовых миллиардеров только в одной Москве за несколько лет! Что, они научились делать деньги из воздуха? Да нет, просто они умеют грабить общенародную собственность и природные ресурсы. У нас чудовищное социальное неравенство. 1 % населения владеет 30 % национальных богатств России. Именно поэтому Ст. Говорухин назвал свой фильм «Великая криминальная революция».
Мы четверть века живём без и д е о л о г и и. Мы не знаем ни цели, ни задачи, ни этапы своего развития. Идеология – это компас. Это стратегия развития. Но это и ответственность за поставленные цели. А её нет. Отсутствие идеологии – это тоже идеология. Но это опасный признак. Либо это выражение беспомощности государства, либо это беспечность власти, либо сознательное утаивание, сокрытие целей, которые ставит правящая элита. Но в любом случае – это ведёт к дезориентации общества, к его разобщенности. Народ, не имеющий идеологии, превращается в население, бесправное и безмолвное. Отсутствие идеологии обесценивает все благие намерения и конкретные дела. Мы движемся по течению без руля и без ветрил. Это путь слепых Брейгеля, где во главе вожак с весело откинутой головой.
Русская литература никогда не была только игрой, забавой, маскарадом или театром. Она была бесстрашием мысли и чувства. Она была нервом общества, средоточием его духовного состояния. И не случайно современники отмечали в Л. Толстом «бесстрашный реализм», «срывание всех и всяческих масок». Литература обнажала суть происходящего в обществе. Для сторонников рыночной экономики такая литература не нужна и опасна. Они хотят её свести до уровня обслуги. Также как школу, медицину, науку. Пока им это не удалось, но фундаментальность образования уже подорвана.
Проблема литературы сегодня не в писателях. Если есть зерно, оно прорастёт. И если есть талант, он пробьётся. Проблема сегодня в читателях, точнее в н е ч и т а т е л я х. Интернет опростил и обессмыслил процесс чтения. Чтение достойной книги – это приобщение к неизведанному, это восхождение к смыслам, заключённым в тексте. Это откровение писателя, ставшее твоим открытием. У современных школьников это влечение утрачено. Они нацелены на получение информации. Статус литературы упал. Она непонятна, сложна, утомительна. Происходит деградация интеллекта. Мозг отказывается думать. Он ориентирован на потребление. Отсюда инфантильность и задержка в развитии школьника. Он может быть юношей и до 25 лет.
Обратите внимание на одну деталь. В программах детских конкурсов на ТВ выступают музыканты, певцы, гимнасты, танцоры, но нет чтецов. Никто не читает стихотворения. Утрачена потребность и культура чтения. Даже студенты филфака не владеют интонацией, выразительностью чтения, у них плохая дикция. Некоторые даже читают по слогам, неправильно ставят ударения. Чему они могут научить в школе?
У нас сложилась поразительная т е р п и м о с т ь к тем, кто презирает свою страну, гадит в ней, получает большие доходы за свою неприязнь и занимает ведущие позиции в СМИ и в сфере культуры. В последнем номере газеты «Культура» представлены разные прогнозы на будущий год; в числе пессимистов и публицист Егор Холмогоров. Он в частности пишет в статье «Мы в ответ бежим на месте»: 
«Нас ждёт время масштабного наступления патриотов в культуре и СМИ. Вопрос, могут ли они быть главными хозяевами театров и выставочных залов, имеют ли они право именоваться «интеллигенцией», будет звучать всё чаще. И в конечном счёте с позиции «хозяев дискурса» им придётся потесниться. Многие отъедут, чтобы “сладостно отчизну ненавидеть” уже из Парижа или Берлина» (Культура №45, 25 декабря 2015 – 14 января 2016).
Тем, кто открыто глумится над нашей историей, кто презрительно называет Россию «в этой стране», надо, наконец, дать отпор и предложить злобствовать за пределами России.

Тимирханов В.Р.: Коллеги, я хотел бы нас возвратить к тому, на что, как мне кажется, нацелил нашу дискуссию Виктор Иванович, вернуться к его ключевому тезису. Подводя итоги Года литературы, все мы остро понимаем и с горечью констатируем, что мероприятие это не стало по-настоящему государственным. По сути своей государственным. Хотя формально оно обладало именно общегосударственным статусом. В чем причина этого несоответствия? И вот почему, например, с высоких трибун поддерживается эта тенденция, о которой говорит учитель литературы, что классика не может быть понятна нашим детям? А тут, я думаю, дело заключается в нескольких моментах. И основной из них связан с векторами государственной политики в гуманитарной сфере. Эта политика ныне имеет очень четкие и определенные приоритеты, весьма далекие от тех, которые свойственны словесному искусству. Ведь что есть литература в социуме вообще и какое значение она имеет для нашего общества в особенности? Литература всегда, а ныне еще в большей степени, – это совершенно особое пространство духовных смыслов и высоких вкусов. Литература – совершенно особая форма эстетического освоения действительности, особая форма сознания, особый модус мироощущения, мировосприятия. Литература вместе с тем – совершенно особая и уникальная речевая практика. Мы, языковеды, имеем дело с разными речевыми практиками. Но мы знаем, что только в художественной литературе слово становится эстетическим объектом. Этим, собственно говоря, природа литературного творчества отличается от других речевых практик. Из единицы сугубо информационной, преимущественно информационной слово становится способом создания эстетического образа и пространством, в котором он живет. Это объясняет природу литературного творчества, объясняет способы постижения мира посредством животворящего словесного образа. Так вот, именно с этим фактором связан, как мне кажется, тот когнитивный диссонанс, черты которого мы со всей очевидностью, с грустью, а нередко и с отчаянием наблюдаем сегодня. Правильнее было бы назвать его мировоззренческим диссонансом. 
Эта та пропасть, которая пролегла между русской литературой, подлинной отечественной словесностью как совершенно особым способом мировосприятия, мироощущения и миросознания, в том числе, а может быть, и в первую очередь национального, и той масскультурой, массмедиакультурой, от тотального диктата которой сегодня уже почти невозможно укрыться. Принципиальное идейное различие между указанными полюсами очевидно. Если литература в своей органике призвана обеспечить человеку условия его сущностного смыслового контакта с важнейшими вопросами бытия, или, иначе говоря, позволяет привлечь к самому существу человека в человеке, осуществляя прививку необходимого художественного вкуса, то задача массмедийных коммуникаций фактически состоит в том, чтобы отвлечь и развлечь человека, вывести его из пространства личностного «духовного вопрошания», нивелируя и до предела снижая допустимые пороги эстетики вкусового восприятия. Категория личности, которой, по мысли А.Ф. Лосева, одухотворено подлинное художественное творчество, приносится в жертву обезличенности массового сознания. 
Прискорбно, что государство сегодня делает опасный выбор, в корне противоречащий самим основам национального мироощущения. В русской культуре, русской философии, русской литературе этот ментальный фундамент нередко описывается посредством логоцентрической модели. Философски он явлен образом сущего мира, формируемого Словом. Одновременно это тип мировоззрения, взгляд на мир и человека, ставящий вопросы духа и нравственных ценностей превыше любых материальных носителей. Это также и способы обращения со словом в речевых практиках. Отказаться от русского логоцентризма означало бы забвение основ национальной самобытности, небытие русской словесности. В Год литературы это недопустимо. А между тем художественное пространство русского слова по сути оказалось выключенным из сколь-нибудь значимого, резонансного общественного контекста, медийного в том числе. Вот Элеонора Шамилевна привела в пример проект телеканала «Культура», предложившего нам чтение романа Л.Н. Толстого «Война и мир». Хорошее начинание, не без недостатков, конечно. Но ведь хвалим-то мы этот проект, что называется, «на безрыбье». А что, собственно, сделали крупнейшие федеральные телеканалы? Да ничего по сути. Конечно, всегда можно оправдаться тем, что художественная словесность – не самый выигрышный объект для насквозь коммерциализированного телевидения. Но ведь вот что удивительно. В тот же самый год на 1-м канале Болгарского телевидения в прайм-тайм выходит большой цикл часовых программ «Рукопись», в которых 7 человек, занимающихся литературным творчеством, состязаются в создании произведений различных жанров, инсценировок и т. д.; зритель наблюдает и оценивает «кухню» творческой лаборатории авторов, видит, как возникает волшебство словесности, как прихотливо сплетается словесная ткань, как живет и работает слово. Болгария… Маленькая страна, имеющая, как известно, не самую выдающуюся литературную традицию. Или что, телевидение в Болгарии существует в других бизнес-условиях? Почему-то мне кажется, что и не было в Год литературы ни у власти, ни у зависимого от неё медиасообщества каких-либо настоящих, а не чисто декларативных задач. Этим и объясняется отсутствие желания понять и возвысить литературу как совершенно особый вид эстетической реальности, как особый вид человеческой духовности, как важнейший способ национального мироощущения, как реальность особого порядка. 
Понятно, литература, это, конечно, не хлеб и не вода. В каком-то смысле это иллюзия хлеба и воды. Но это иногда такая иллюзия хлеба и воды, без которой невозможно ничто остальное. Но когда вместо неё нам предлагается очевидный суррогат хлеба и воды – это уже совсем иное дело. И тогда, конечно, мы сталкиваемся с тем самым мировоззренческим диссонансом, о котором я здесь толковал. Суть его в том, что мы изменяем нашей ментальной, корневой парадигме, нашему логоцентрическому взгляду на мир и человека. В этих условиях литература – это то немногое сегодня, что сохраняет живую связь с нашим духовным наследием. Вопрос об отношении к литературе в обществе – это вопрос мировоззренческий, это вопрос сохранения тех самых традиций, которые год за годом выхолащиваются из нашего сознания. 

Чураева С.Р.: Мне всегда претила всякого рода кампанейщина. Но, как ни странно, два слова – Год литературы – оказались паролем, открывшим многие двери, в которые наши писатели долго и безуспешно стучались.
Литературная жизнь в республике последние несколько лет на подъёме – появились новые имена, местные поэты и прозаики начали печататься в центральных издательствах и журналах, побеждать в престижных литературных конкурсах. Тем не менее, ещё год назад этот процесс напоминал бурю в стакане – был интересен лишь его участникам и узкому кругу специалистов. И вдруг, как по волшебству, писателей захотели услышать и увидеть в самых разных аудиториях: и не важно, что организовывались встречи «для галочки», ведь люди к своему удивлению обнаруживали, что литература – это может быть круто.
В кризисный год – когда денег нет ни на что! – на спонсорские средства было издано несколько, без преувеличения, уникальных книг. К примеру, сборник «Уфимский полуостров: молодые поэты Уфы». Тридцать действительно хороших поэтов возрастом до тридцати – это много для миллионного города – под одной обложкой. К тому же сборник великолепно проиллюстрирован художником того же возраста – Катей Бобровниковой. Эту книгу можно читать, можно рассматривать – и таким образом узнать немало нового о молодёжи начала ХХI века.
Наконец-то в Уфе появилась творческая лаборатория для пишущих школьников – «КоРифеи». Ребята со всего города дважды в месяц встречаются по вторникам в лицее «Содружество». Состоялся одноимённый детский литературный фестиваль – «КоРифеи», собравший несколько сотен юных дарований со всей республики. К ним приехали писатели и издатели из Питера и Москвы, теперь наши талантливые ребята публикуют свои работы не только в журнале «Бельские просторы», но и в центральных изданиях. А четвероклассница Эльвира Еникеева, участник содружества «КоРифеи», удостоена сверхпрестижной Пушкинской премии.
Самое главное, в республике впервые прошёл большой, международный литературный фестиваль, до которого, по выражению одного из гостей, «Уфа была белым пятном на литературной карте России». Фестиваль «Горящая гора», названный так в честь уникального природного объекта – «горящей горы» Янган-Тау – и горы, на которой стоит Уфа, шёл в общей сложности десять дней, на него приехали более двух десятков значимых в современном литературном мире фигур. И фестиваль получился настолько грандиозным, что кураторы российских фестивалей всерьёз обсуждают теперь идею проводить именно здесь, в Башкирии, «фестиваль фестивалей» – собирать лучшие силы на перекрёстке путей с Востока и Запада. Это, безусловно, весьма престижный для республики проект.

Фролов И.А.: Мне вообще не по душе эта новая традиция – череда профессионально-праздничных лет. Год Матери, Год спорта, культуры, литературы, – это напоминает мне давно забытое явление – черную кассу, когда все сбрасываются по червонцу, а сумму в этом месяце получает один, – а ты жди, пока до тебя очередь дойдет. С другой стороны, наверное, лучше получить все разом один раз в, предположим, десять лет, да еще и выплата гарантирована царским словом. Вот только (и это показалось не мне одному) литературе, в отличие от предыдущей культуры, не повезло – грянул кризис, страна оказалась в кольце санкций, рубль обвалился вслед за нефтью, – о какой такой литературе вы говорите? Я не говорю о таких общих для всех сфер проблемах, как падение реальных доходов не менее чем вполовину, как оптимизация, когда урезались трудовые коллективы, и понятно, что редакции литературных журналов не имели шансов – как самые бесполезные для валового продукта образования – получить охранные грамоты. Про секвестирование тематических планов в государственных издательствах в Год Кризиса, совпавший с Годом литературы, и упоминать не стоит, – мера необходимая, хотя и недостаточная. Для полного счастья Минфинов всех уровней. Не знаю, наверное, какие-то целевые деньги были выделены, но кто их получил и куда они пошли, мне неведомо. 
Конечно, не все так мрачно было в этот ушедший год. Русскоязычная секция, несмотря на свою немногочисленность, силами еще более малочисленного своего ядра, сосредоточенного в редакции журнала «Бельские просторы», провела более 150-ти литературных мероприятий – встреч с читателями, литературных лекций, семинаров, презентаций – форматы были самые разные, и здесь я назову лишь несколько наиболее важных. Совместно с лицеем «Содружество» создана и работает детская литературная студия «Корифеи», вместе с энтузиастами из БГПУ им. Акмуллы выпущена «Хрестоматия современной уфимской прозы», продолжается совместная работа над учебным курсом уфимской русской (которую пишут на русском языке представители всех национальностей) литературы, выпущен сборник молодой уфимской поэзии, в который вошли тридцать поэтов возраста до тридцати лет – этим сборником заинтересовался Союз российских писателей, предложил гранты некоторым его участникам, пожелал выпустить в Москве сборник молодой русской поэзии Башкортостана – и это при отсутствии какой бы то ни было реакции местного СП, считающего себя башкирской ветвью Союза писателей России, который конкурирует, между прочим, с СРП, и, наверное, желал бы, чтобы на местах его представители не разбрасывались талантами вот так запросто. А еще СРП готов принять в свои ряды наших талантливых поэтов и прозаиков, которые по неизвестно кем и когда установленной – откровенно дурнопахнущей – квоте не смогут стать членами нашей писательской организации еще четверть века.
Однако главным литературным событием не только 2015 года, но и всего периода существования русской литературы Башкортостана, стал Международный литературный фестиваль «Горящая гора». К нам в Уфу приехали почти три десятка именитых гостей – прозаиков, поэтов, критиков, издателей, драматургов, – не только из разных регионов России, но и из-за рубежа. Мне кажется, что на этой новости я могу закончить свой отчет, и сказать, что Год литературы все же удался. Спасибо всем, кто его делал, и кто помогал, и отдельная благодарность тем, кто не мешал.

Леонова Г.А.: К сожалению, в последние годы в преподавании литературы в средней школе наметилось несколько тревожащих тенденций. Одна из них – превращение уроков изучения феномена словесного искусства, каким является художественное произведение, в уроки, где ведутся окололитературные разговоры «за жизнь», в своего рода классные часы на житейские темы. В результате в работах, выполненных, в частности, на ЕГЭ, мы видим подмену анализа текста пересказом, порой примитивным, с грубым искажением сюжетных линий, трактовок образов литературных героев.
Другая крайность – увлечение структурным, поуровневым анализом текста в ущерб целостному восприятию произведения. Такое «препарирование» текста становится нередко самоцелью. Учащиеся находят разнообразные средства выразительности, ассонансы и аллитерации, а зачем все это нужно, какова их функция, значимость для конкретного эпизода, произведения в целом, увы, сказать не могут. Воспитаем ли мы такими уроками любовь к книге? Я думаю, наоборот, вызовем отторжение.
Пресловутое декабрьское сочинение привело еще к одному перекосу: программа 11-го класса отодвигается в сторону, и целью уроков почти четыре месяца (!) становится натаскивание на сочинение. Литература превращается в «служанку» экзамена, источник примеров, аргументов, что не может не вызывать тревогу.
Привычными стали уже сетования на то, что современные дети не читают (мы это слышим сплошь и рядом!), что книга не может конкурировать с гаджетами и пр. А в последнее время все чаще стали внушать обществу, в т. ч. родителям, учащимся, учителям, мысль о том, что классика сложна для восприятия современными подростками, что Толстого, Гоголя, Пушкина им никак не понять и т. д. Не являются ли подобные разговоры очень удобным оправданием методической слабости учителя-словесника, своего рода прикрытием его нежелания менять что-то в подходах к анализу текста, к построению урока? Ведь у хорошего учителя дети читают, а таких педагогов, поверьте, немало в нашем городе и республике.
Что делать? Как приблизить литературу к современному подростку и сделать уроки литературы интересными, ожидаемыми, незабываемыми? Может, стоит попытаться приблизить классику к современному ученику, показать ее необходимость в становлении личности: читая книгу, которую написал мудрый, проживший и переживший немало человек, каждый словно беседует с ним, пытается понять его советы, познать его ответы на сложные жизненные вопросы. Ведь не зря М. Горький называл литературу «человековедением». Ошибки героев, их искания и метания, заблуждения и разочарования – это ошибки, искания и метания, заблуждения разочарования и современной молодежи.
Второй «рецепт» – ЧИТАТЬ! Да-да, читать на уроке, чтобы текст звучал. Проверено опытом, что текст начинает восприниматься совершенно по-иному, когда он воспринят на слух. Учащиеся сами удивляются тому, как много им открылось именно после чтения вслух. Но и читать надо так, чтобы мороз по коже и мурашки, чтобы испытал ребенок на уроке тот самый катарсис, о котором когда-то писал Аристотель. А значит, учитель и артистом должен быть, и учить интонировать текст, чтобы уже в чтении передавать смысловые акценты.
Конечно, в рамках одного круглого стола мы можем только обозначить проблемы и пунктиром наметить пути их решения. Но делать что-то надо, чтобы не потерять важный для подростка учебный предмет, чтобы возродить интерес к чтению и книге.

Леонова Т.А.: Поддержу ваши опасения, коллеги, о необратимости происходящих изменений в гуманитарных знаниях на уровне школьного и вузовского образования. Конечно, поколение, обладающее многочисленными гаджетами, не читает (или крайне редко это делает) не только классическую литературу. Я бы сказала, вообще не читает более десятка страниц связного текста, объединенного одним настроем, стилем или, если хотите – логикой и мыслью. Выхваченной из первых строк фабулы текста любого объема оказывается достаточно, чтобы вставить ее в очередную клеточку матрицы сознания для последующего узнавания с иллюзией полного ее знания.
В принципе, это беда не только нашего российского образования. Проблема так называемого «клипового» сознания уже давно стоит в тех странах, которые еще в XX веке опередили нас по компьютеризации рядового пользователя. Теперь и в нашей стране проблема компьютеризации не стоит на повестке дня как необходимой составляющей процесса обучения в техническом смысле слова. Но возникла другая проблема – компьютер и резкие изменения, происходящие на наших глазах, в виде размывания менталитета молодого поколения. На мой взгляд, это связано с тем, что гуманитарная составляющая социума не может быть клиповой, а если может, то тогда это уже лозунговое с выборкой нестабильных этических характеристик по принципу тестов ЕГЭ.
Поделюсь обеспокоенностью тем фактом, что бывшие ученики, ставшие студентами, не читают не только художественную литературу, но и любую другую, в том числе историческую. Отсюда история даже не очень далекого прошлого, в том числе России и нашего региона, наполняется мифами и небылицами, извлеченными из тех самых кармашков памяти – матрицы, а еще проще ее придумыванием «на ходу». Чаще всего студенты очередного, уже не первого набора не только не читают настоятельно рекомендованной литературы, но даже не обращают внимания на требования к практическим занятиям. Главное – выловить первые два слова темы занятия для поисковика в Интернете. Практические занятия не просто идут в ритме разговора «за жизнь». Складывается модель неотесанной устной истории. Из крайне мизерного жизненного опыта юные ученики начинают предполагать или пытаются «нащупать» и угадать, как могли бы происходить те или иные события прошлого, что могла бы думать и как, соответственно, поступить конкретная личность истории. При этом не считается необходимым познакомиться хотя бы с биографией этой личности. Одним словом, система образования на всех уровнях уже попрощалась с так называемым знаниевым принципом изучения гуманитарных дисциплин. Главной целью, которую ставит современный образовательный стандарт, является развитие креативности и формирование компетенций обучающихся как в школе, так и в вузе. Конечно, ничего плохого в данной парадигме нет, но изгнание знания опустошает гуманитарные дисциплины, как основы нравственного, а тем более патриотического воспитания нового поколения. 
Предельная стандартизация в сочетании с механическим подходом к гуманитарным предметам поддерживает и углубляет «клиповое» сознание детей с раннего возраста. Невольно вспоминается знаменитая книга Дж. Оруэлла «1984» с его «пролами», не способными мыслить и понимать происходящее вокруг них, под лозунгом «Незнание – это сила». Если такой лозунг помножить на креативность, то будет страшная сила.
Однако такой фразой мне совсем не хочется заканчивать свою ремарку. Год литературы в нашей стране, с моей точки зрения, отмечен очень перспективным правительственным решением для будущего гуманитарного образования и науки. Я имею в виду новый историко-культурный стандарт, введенный в школьную систему преподавания с 2015 года. Этот стандарт дает надежду на возможность междисциплинарного сотрудничества филологов и историков. Хотелось бы надеяться, что аналогичные изменения в ближайшее время произойдут и в системе высшего образования России.

Фёдоров П.И.: Год литературы в нашей стране проходил на фоне продолжающегося массового закрытия библиотек и книжных магазинов. Он был к тому же отмечен страшным пожаром в ИНИОН – одном из крупнейших книгохранилищ страны, в котором погибли уникальные коллекции книг и документов. Этот пожар получил в народе название «культурного Чернобыля». В Год литературы закрылся последний книжный магазин в городе Суздале, одном из духовных центров нашей страны. Хотя при другом отношении к нашей культуре в этой жемчужине Золотого кольца можно было бы открыть целую сеть книжных магазинов, где для многочисленных отечественных и зарубежных туристов продавались бы не только альбомы на тему древнерусской живописи и архитектуры, но и оригиналы и переводы на иностранные языки шедевров русской классической и современной литературы. Ну а пока по ежегодным отчётам ООН за последние годы по интегральному индексу развития человеческого потенциала мы занимаем скромное 65-е место. Серьёзная угроза нависла и над нашими толстыми литературными журналами. С каждым годом они теряют свои тиражи и читателей и держатся на плаву лишь благодаря где-то сохраняющимся культурным традициям, а где-то энтузиастам и частным спонсорским вливаниям. Однако, держа в уме весь этот печальный контекст, нельзя предаваться греху уныния и опускать руки. Именно наше поколение призвано пронести трепетную свечу русской духовности и культуры сквозь мрак и бури сегодняшнего смутного времени.

Хрулёв В.И.: Мы не извлекли уроки из тех страшных событий, через которые прошли в XX веке. Революция и гражданская война – это наша общая боль. Это возмездие за века унижения и угнетения народа. Великая Отечественная война – новое испытание. Победа в ней оплачена жесточайшими мерами и подвигом народа. 
В 1930 году по решению Сталина были куплены в США 500 мощных заводов и построены в центре России: Челябинск, Магнитогорск, Норильск, Ульяновск и пр. Заплатили за них неприкосновенным запасом – золотом. Но создали тяжёлую и военную промышленность. В годы войны ни одна домна не была потушена. А во времена Ельцина эти домны погасили: оказались нерентабельными.
Наше телевидение (даже государственный канал) превращено в орган растления молодёжи. Что мы там видим? «Все мы бабы – стервы», «Кто у нас не первый, тот у нас второй». Откровенное хамство, чернуха заполонили экран.
В течение последних лет мы совершенно отвернулись от «внутренних проблем», мы «заморозили» их, прикрыли «внешними» событиями. То с утра до ночи обсуждается ситуация на Украине, то Сирия, то мигранты в Европе. А наши внутренние проблемы – все на потом. Когда? Когда жареный петух клюнет? Или когда устанут участники шоу-разговоров? Это какая-то трусливая позиция, гасящая нарастающие вопросы. А они требуют рассмотрения и решения. Общественный протест против разрушительных реформ в образовании, здравоохранении и науке ни к чему серьёзному не привёл. Косметическую правку внесли, а суть осталась: превратить образование, медицину и науку в систему услуг и осуществить её приватизацию. Это преступное деяние. 
Что говорят ведущие специалисты, профессора МГУ, учителя, начиная с 2012 года? Они говорят о деградации образования, о крушении культуры, о грядущей катастрофе страны. Названия их статей полны боли: «Образовательная яма» (ЛГ), «Без надежды на успех» (ЛГ), «Отечественное образование зависло на волоске» (Аргументы недели), «Начнём с чтения» (ЛГ), «Заповедь первая – «не убий» (Российская газета), «Мы в ответ бежим на месте» (Культура). Но чиновники успокаивают нас и обещают свет в конце туннеля. Каков результат этого пренебрежения общественным мнением? Отторжение от власти, озлобленность, безразличие к её действиям. А может быть это им и надо? Чтобы их оставили в покое и дали возможность закончить свои дела здесь, а потом сбежать от возмездия? Не знаю. Но в массе людей это рождает недовольство и пофигизм как скрытый протест. 
Складывается впечатление, что люди, облачённые большой властью, сознательно уходят от нарастающих внутренних проблем. Это хлопотно, требует серьёзных разбирательств. Проще заболтать на ежедневных ток-шоу. Но ставить их на государственном уровне и решать ответственно и дальновидно не хотят или элементарно не могут. Здесь потребуется смелость, принципиальность, настойчивость. А кому нужны эти «подвиги» в наше время, когда каждый думает прежде всего о собственном благополучии. Так рождается коррупционная солидарность и скрытый саботаж. Часть поручений президента правительству элементарно игнорируется, другие зависают в воздухе или «замораживаются». И это опасный симптом неэффективного управления государством.
Наша власть долго пребывала в состоянии благодушия и упования на «авось». Уровень профессионализма в решении общих вопросов оказался низок. Масштабы воровства в стране обескураживают. Чиновники крадут уже миллиардами, притом делают это даже на стратегических объектах типа космодрома. Срывают выполнение государственных планов. Подобное невозможно представить в Советском Союзе. Бюрократическая машина тогда работала тяжело. Но работала. За саботаж, предательство, государственное вредительство судили жёстко и неумолимо.
Сегодня мы плывём по течению, в хвосте событий. Не успеваем охватить их, заглянуть вперёд хотя бы на 2–3 шага. А ситуация кризиса обнажила непрофессионализм и безответственность решений, касающихся положения большинства населения страны.
Нынешняя ситуация в культуре, образовании, медицине и науке – это сигнал неблагополучия нашего общества. И возможного ухудшения ситуации. Сейчас необходимо трезво и ответственно понять, как исправить последствия бездумной и торопливой «оптимизации», как вернуть доверие молодых специалистов к перспективе России, как остановить их отток за рубеж. И как прислушаться к тому поколению ещё советских специалистов, которые создавали мощь и статус великой державы. Но чтобы это произошло, нужно менять разрушительные ориентиры на созидательные.
Недоумение, протест, негодование пронизывает десятки коллективных обращений высших учебных заведений (от МГУ, АН РФ и далее) к руководству страны. Сотни серьёзных статей специалистов самого высокого ранга: профессоров, академиков РАН опубликованы в центральной печати о губительности так называемой «оптимизации» образования, здравоохранения, науки. И всё упирается в глухую стену чиновников, не желающих не только вникать, но даже принимать к рассмотрению эти обращения. 
Такое пренебрежение к общественному мнению невозможно представить себе в советское время. Чиновники давно бы лишились своих кресел и предстали перед судом. Возникает вопрос: почему они так уверены в безнаказанности своих экспериментов? Чью волю они исполняют? И кто страхует их от народного гнева за непрофессионализм и преступные действия? И кто несёт ответственность за последствия их деятельности? Эти вопросы обращены к руководству страны и требуют ясного и убедительного ответа. 
Сегодня мы вновь оказались в системном кризисе. Наша беда – это благодушие, некомпетентность и бездействие власти. Её отказ что-либо менять в застойной системе управления – признак страха перед ответственностью. Упование на индивидуализм, на культ потребления, на частную собственность недальновидно. Это теория не созидания, а расхищения накопленного. Это теория паразитирования на общенародном достоянии. Она разрушительна и бесперспективна для России. Единственное, что она создаст – сотни миллиардеров и обнищание населения. А это путь к социальному взрыву.
Главный недостаток Года литературы в том, что не были поставлены и обсуждены на государственном уровне ключевые вопросы:
1. Какова роль литературы сегодня в духовном состоянии общества?
2. Каково место и значение литературы в образовании и воспитании молодёжи?
3. Что в современном духовном образовании и сознании школьников вызывает тревогу? И как изменить ситуацию к лучшему?
Ограничиться проведением круглого стола и выступлениями его участников – явно недостаточно. Здесь необходима продуманная система обмена мнениями специалистов, принятие программы действий, гарантирующей позитивный результат. А вслед за этим – корректировка и исправление допущенных ошибок при проведении «оптимизации» в области образования, здравоохранения и науки. 

Файзуллина Э.Ш.: Мой личный Год литературы в Уфе начался с Международной межвузовской научно-практической конференции, которая состоялась на базе БАГСУ в начале 2015 года – Года Победы и Года литературы. Она называлась: «Великая Победа советского народа: уроки истории и вызовы современности». Межвузовский форум убедил, что наша Победа не состоялась бы, если б не было нашей Литературы, которой тысячу с лишним лет, от древнерусской до советской. Несмотря на то, что литераторов на конференции не было, ученые, далекие от филологии, вдруг заговорили о русской литературе, о почвенниках и деревенщиках как о явлениях русской литературы ХХ века, о совести как одной из составляющих не только русской литературы, но и как ценности в самом широком, самом народном смысле слова. А проблемы литературы, как и проблемы русского языка, были обозначены как проблемы безопасности нашего Отечества.
Коллеги, мы редко вспоминаем о том, что Уфа – город с литературными корнями и традициями, о которых не стоит забывать. Недавние зимние школьные каникулы напомнили, что из года в год, в советские времена в это время проходил в Уфе школьный новогодний праздник, «Книжкина неделя», который был одновременно и литературным, а не ограничивался только весельем вокруг елки. «Книжкина неделя» соответствовала своему названию: было абсолютное погружение юных читателей в детскую поэзию и прозу, причем проводниками в этом благородном деле были детские писатели и наши, республиканские, которых мы не только читали, но и знали в лицо: Мустай Карим, Анвер Бикчентаев, но и всесоюзные классики: Сергей Михалков, Самуил Маршак, Агния Барто, которые вместе с нами кружились и хороводили вокруг новогодней елки. К счастью, вот уже 30 лет в Уфе продолжают звучать есенинские стихи и напевы. Чем не традиция! Возникшая локально – отметить 90-летний юбилей С.А. Есенина – она нашла свое продолжение в есенинских студенческих вечерах, в студенческом театре БГПУ «Сочинение». Поэтому в Уфе и 120-летие со дня рождения поэта не осталось в стороне, а обернулось замечательной литературно-музыкальной композицией «Отговорила роща золотая». А главное, здесь то, что традиции, заложенные нами в педагогическом вузе изначально – «К юбилею» – 30 лет назад, не умерли, а продолжаются и сегодня новыми поколениями студентов. 
Своеобразным литературным аккордом, поэтическим школьным фестивалем, который проводится в городе уже 10 лет, стал конкурс чтецов «Сулпан». Я воочию и всерьез убедилась в возвращении литературных традиций в наше образование, причем конкурс выявил не единицы одаренных детей, а всех участников – а их было больше 100 – которые представляли все школьные возрасты, оставили замечательное впечатление. 
Коллеги, не хотелось бы заканчивать нашу столь значимую, а не просто интересную дискуссию, на такой ноте. На мой взгляд, главное достижение Года литературы – в школу вернули сочинение. Да-да, знаю, не умеют ни читать, ни писать. А что мы хотим? Каленым железом в 90-е годы из школьной программы выжигали литературу, конечно, мы же это помним.
Повторюсь: наша общая боль в сегодняшнем разговоре – не о писателях, а о читателях, гражданах нашей страны. Что же касается пишущей братии, то мое личное мнение: именно сегодня, сейчас современная РУССКАЯ (не путать с русскоязычной, которая, как известно, нередко бывает агрессивно русофобской) литература, которая продолжает традиции классической, от древнерусской до советской, которая по ДУХУ нравственная, патриотическая, святая, сегодня переживает не только качественный, но и количественный взлет, которого не было несколько десятилетий. Причем я это наблюдаю и в нашей Уфе и горжусь этим. Осмелюсь сказать: ура, русскую литературу мы не потеряли. А читателя? Ведь так хочется, чтобы наша страна снова стала самой читающей в мире. 


Культурная среда
Бельские просторы подписка 2017 3.jpg
Подписывайтесь на бумажную и электронную версии журнала! Все можно сделать, не выходя из дома - просто нажимайте здесь!
Октября 28, 2016 Читать далее...


Вчера, 23 мая, редакция журнала "Бельские просторы" посетила Шаранский район, встретилась с библиотекарями и побывала на празднике Славянской письменности.
1.jpg
2.jpg
3.jpg
5.jpg
6.jpg
7.jpg


В течение двух дней в Белорецком районе проходили встречи с писателями, редакторами ведущих журналов и газет республики. От журнала «Бельские просторы» в встречах принимали участие заместитель главного редактора Светлана Чураева и редактор отдела прозы Игорь Фролов. 18 мая творческий десант принял участие в музыкально-поэтическом мероприятии для отдыхающих и коллектива санатория «Ассы». 19 мая гости прибыли в город Белорецк, где для них была подготовлена большая программа. Встречи проходили в нескольких школах и библиотеках. Заключительное мероприятие состоялось в школе №1.

Чураева Белорецк.jpg

Светлана Чураева знакомит читателей Белорецка с новинками журнала "Бельские просторы"

белорецк.jpg

Писатели РБ возлагают цветы к бюсту А. С. Пушкина

ф и ч белорецк.jpg

Игорь Фролов и Светлана Чураева среди читателей



Все новости

О нас пишут

Наши друзья

логотип радио.jpg

Гипертекст  

Рампа

Ашкадар



корупция.jpg



Телефоны доверия
ФСБ России: 8 (495)_ 224-22-22
МВД России: 8 (495)_ 237-75-85
ГУ МВД РФ по ПФО: 8 (2121)_ 38-28-18
МВД по РБ: 8 (347)_ 128. с моб. 128
МЧС России поРБ: 8 (347)_ 233-9999



GISMETEO: Погода
Создание сайта - «Интернет Технологии»
При цитировании документа ссылка на сайт с указанием автора обязательна. Полное заимствование документа является нарушением российского и международного законодательства и возможно только с согласия редакции.