Учредитель: Правительство Республики Башкортостан
Соучредитель: Союз писателей Республики Башкортостан

ЕЖЕМЕСЯЧНЫЙ ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКИЙ ЛИТЕРАТУРНО-ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ЖУРНАЛ
Издается с декабря 1998
Прямая речь

Уважаемые читатели и авторы!

Сайт bp01.ru заканчивает свою работу, с января 2018 года журнал "Бельские просторы" переходит на сайт http://bp.rbsmi.ru Декабрьский номер (№12.2017) залит уже на нем. Вся информация на старом сайте останется доступной до того момента, пока сайт bp01.ru поддерживает хостер.

Главный редактор Юрий Горюхин



Читать далее...

Уголок журнала

Из картинной галереи
Дома. 1979. Офорт
Дома. 1979. Офорт Эрнст Саитов
14. З015.jpg
14. З015.jpg
Из Афганского альбома. Фото Я. С. Степанова. Подразделение царандоя
Из Афганского альбома. Фото Я. С. Степанова. Подразделение царандоя
Выемка на 613 версте
Выемка на 613 версте

Публикации
Сергей Георгиевич Янаки родился в 1952 году в Уфе. Печатается в республиканских СМИ с 2002 года. Один из авторов коллективного сборника поэтов-связистов «Мелодии души». Лауреат журнала «Бельские просторы» в номинации «Перевод» за 2007 год.

Житие не святых

№ 4 (209), Апрель, 2016



*  *  *

Хоронили в половодье
(Гроб как лодка на весу)
Тётку младшую. Сегодня
Я – последнюю – несу.

Хрупкий снег. На сердце хмуро.
Бьют крупинки по лицу…
Обещалась тётя Шура
В гости – к матери-отцу.

Мы её винить не стали:
У самой полно гостей… 
В нежилом стоим квартале,
Виноватые, пред ней.

В стылый час кораблик утлый
Тянет камушком ко дну.
Крёстный – серый и сутулый, – 
Как под старость одному?

И с притихшего кладбища
Поредевшая родня
Вот уже автобус ищет,
Оставайся, мол, одна.
А шофёр над самым краем
Всё пытается шутить:
«Мы старушек не сажаем.
Что их взад-вперёд возить».


Житие не святых

Всходят злаки, а рядышком – терние.
Жнём – едино, в беспамятстве лет.
Православные, правоверные…
Правых много – смиренного нет.

Я стою на крылечке – на паперти,
«Где Ты, Господи?.. – плачу у врат, – 
Помоги! – умоляю о матери, – 
Пережить ей повторный инфаркт».

Блудным сыном в больницу с повинной
День-деньской поспешаю в обед.
Только дел не даёт пуповина
Мне исполнить сыновний обет.

Сердобольная женщина Надя,
Хоть в палате забот полон рот,
«Не волнуйся, – мне скажет, – наладим
Мы за мамой догляд и уход».

В мусульманской косыночке Рая
Утку – ту, что без крыл, – сполоснёт.
Одеяльце больничное с краю
С двух сторон под матрац подоткнёт...

Чем смогу я, сестрицы-сиделки,
Вас по-братски отблагодарить? – 
Разве только в чужой переделке
Так же вот и жалеть, и любить...
Зарубцована мамина рана,
От кровати отогнана смерть.
Может, сурой священной Корана.
Может, верою в Новый Завет.


Послевоенное

В бараке её за глаза называли «Зинчихой».
Кто – «знахаркой», «старою девой», с оглядкою, тихо.
На тусклом, землистом лице, как от плуга бороздки,
Платок шалашом, на губах – уголёк папироски.

Смолкали тотчас разговоры на кухне казённой,
Споткнувшись на слове под взглядом её чернозёмным,
Когда она грела на плитке баланду-отраву.
Один репродуктор картонный куражился бравый.

А дети? – прильнут к материнским подолам, цветастей
Цыганских, притихнут и слушают выдумки-страсти,
И ждут заводского гудка, оберегов отцовых – 
Родного и тёплого запаха дымных спецовок. 

Какая там жизнь за колодою двери скрипучей
Варилась? Как постные щи те, наверно, не гуще...
Но жгучая тайна за тёмной, махровой завесой
Ещё оставалась покруче ржаного замеса.

Свыкались окрестные кошки с нездешней старухой.
С нуждой неотложной всё чаще к ней шли молодухи.
Зайдётся дитя вдруг в нешуточном плаче грудное,
Она окропит его тельце святою водою,

Молитвой утешит, укроет платком обветшалым,
Младенец уснёт, от соска отвалившись устало. 
Лишь тень, оставляя соседскую «восьмиметровку»,
Чуть тронет прибитую накось «на счастье» подковку.

Шло время. Как дождик осенний. Тянулась бодяга.
Линяло. Как ситец на окнах. Как пёс-доходяга.
И жались наседки в сараях в углах сиротливо…
Помянешь эпоху. Так было. Проводишь: «Счастливо!»

А, может, прощенья попросишь и локоть укусишь? 
У Бога просить – легче нет, у Зинчихи – не струсишь?
За то, что упрёком бросал в скарлатине ей в спину,
Сражённый догадкой: откуда бульон тот куриный.

За то, что не видел глухой коридор длинный-длинный
Слезинки единой не старой ещё тёти Зины,
За то, что в углу известковом за тыном иконки
На мужа и сына лежат десять лет похоронки.


«Главный»

Два инфаркта к ряду. Полушаг от смерти…
Выбрался. Не верил. Поседел.
Под него затеяли «Отдел
Реконструкции» (додумались же, черти!)

Голый стол, графин, два инвентарных стула,
Узкий, неприютный кабинет,
Матовые стены, – сводит скулы;
Штата нет и телефона нет.

Есть завод, приятели, коллеги,
Есть семья, пусть бывшая, – но есть...
Время, как скрипучая телега,
Тащится к отметке с цифрой шесть.

Промеж взглядов – быстрых, с желваками,
С наконечниками нервных стрел – 
Ходит он неспешными кругами
В прошлом, в настоящем – не у дел…

Новыми, нездешними глазами
За окошком что-то разглядел.


Ревность

Девочка-кроха, – горошины в банте,
Туфельки, гольфы, зайчонок в руках.
Мама – в косынке, в больничном халате.
Дворик тенистый. Сирень на кустах.

Будто нарушил обет Гиппократа 
(Повод найдётся – на то и «истец»),
Будто и вправду кругом виноватый,
Курит в сторонке супруг и отец.

Женщина вдруг недовольна пробором:
«Нет, без меня у них плохи дела…»
Дочке, в отглаженном платьице с гофром,
Косы по-своему переплела.


Медсестра

Давно ль была замужней, молодою?..
Теперь суди-ряди, кто виноват.
Как будто под репейною звездою
Вся жизнь её проходит наугад. 

Детей хотелось. Девочку… а, впрочем,
Почти смирилась: что ж, живи одна… 
Но как стучит будильник среди ночи!
Как он спешит! Как дует из окна! 

Не потому ли в детский санаторий
На нищенскую ставку медсестры
Устроилась?.. О том молчат «Истории 
Больничные» – подробные листы.

И никому распутывать не надо
Верёвочку из следствий и причин – 
Следов сорочьих после снегопада…
Нет, всё-таки, не надо. Помолчим.

За ней – годов крикливая погоня, 
И руки опускаются порой…   
И в тот же миг найдёт её ладони 
Чужой ребёнок тёплою щекой.


Дуванское знакомство

Ты лесника (он мне как брат)
С дуванским лешим – чур! – не путай.
Пусть нелюдим, – кто виноват,
Что на душе тоска и смута.

Что вышла замуж (за кого?!..)
Давно уж Зойка-почтальонша,
Что пьёт он вовсе не «Кагор»,
Коль жизнь вина пьяней и горше.

И бабы кличут бобылём,
И лет – сугробы по макушку.
К нему идут за горбылём,
Укутав бережно чекушку.
А станет зябко, как в снегу, –  
Лекарство есть: ружьё да лыжи.
Возьмёт он хлеба и – в тайгу.
Тайга понятливей и ближе.

Позёмка – к почте прямиком; 
Вдоль прясел; дальше; сквозь засеку.
Заимка щурится окном.
Соскучилась по человеку. 


Бессрочная командировка

… «Колею размыло, – нагло вру, – 
Склон попался, градусом покатый;
Память просквозило на юру;
Наголо побрили «во солдаты»;

Шпалы разобрали на беду
Дачники (простите мне, ребята,
Тень коль грешным делом наведу, – 
Белой ниткой все мои заплаты).

Весточку с дороги не послал?.. – 
Ветер в голове, дыра в кармане,
Провод телеграфный подкачал,
Кончились на почте телеграммы» …

Вру, как сивый мерин, мальчик-враль,
Нынешнему веку полукровка…
Юность, моя девочка-печаль! – 
Я в твоих краях – в командировке.

Что ж ты, бухгалтерия моя,
Всё коришь: «Отчёт бы не мешало…»?
И, насмешки грустной не тая:
«Суточных-то сколько набежало». 



Культурная среда
Бельские просторы подписка 2017 3.jpg
Подписывайтесь на бумажную и электронную версии журнала! Все можно сделать, не выходя из дома - просто нажимайте здесь!
Октября 28, 2016 Читать далее...


новый.jpg
Читайте двенадцатый номер журнала за 2017 год на новом сайте http://bp.rbsmi.ru/


Все новости

О нас пишут

Наши друзья

логотип радио.jpg

Гипертекст  

Рампа

Ашкадар



корупция.jpg



Телефоны доверия
ФСБ России: 8 (495)_ 224-22-22
МВД России: 8 (495)_ 237-75-85
ГУ МВД РФ по ПФО: 8 (2121)_ 38-28-18
МВД по РБ: 8 (347)_ 128. с моб. 128
МЧС России поРБ: 8 (347)_ 233-9999



GISMETEO: Погода
Создание сайта - «Интернет Технологии»
При цитировании документа ссылка на сайт с указанием автора обязательна. Полное заимствование документа является нарушением российского и международного законодательства и возможно только с согласия редакции.