Учредитель: Правительство Республики Башкортостан
Соучредитель: Союз писателей Республики Башкортостан

ЕЖЕМЕСЯЧНЫЙ ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКИЙ ЛИТЕРАТУРНО-ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ЖУРНАЛ
Издается с декабря 1998
Прямая речь

Песнь о соколах

О фильме "Время первых". 2017 г.

Фильм «Время первых» – о первом выходе человека в открытый космос – стал одним из тех событий, которые явственно обозначают пропасть между двумя типами людей, двумя типами общества. И судьба его прокатная – во всяком случае, на ее начальном этапе – показывает, в какое время живем мы, в какой пропорции в этом времени смешаны славное прошлое и все еще не совсем славное настоящее. Первое проигрывает с разгромным счетом.

Игорь Фролов



Читать далее...

Уголок журнала

Из картинной галереи
Гнездо. Холст, масло.jpg
Гнездо. Холст, масло.jpg Камиль Губайдуллин
Уфимский кремль.jpg
Уфимский кремль.jpg
Владислав Меос. Холодное утро. Ул. К. Маркса. 1960-е
Владислав Меос. Холодное утро. Ул. К. Маркса. 1960-е
14. З015.jpg
14. З015.jpg

Публикации
Абрамичева Кристина Игоревна - родилась в 1977 году в г. Уфе. Окончила филфак БГУ. Публиковалась в «Бельских просторах», «Молодежной газете» и других изданиях. Главный редактор журнала «Гипертекст».

У нас в гостях журнал «Гипертекст»

Критический журнал «Гипертекст» занимает особую нишу в информационном поле республики. Существуя с 2004 года, журнал смог создать круг авторов, имеющих независимое мнение о событиях культурной жизни, современной литературе, искусстве кино, мире масс-медиа, веяниях в искусстве и виртуальном существовании.

Хотя журнал открыт для любых публикаций, он прежде всего создает образ города Уфы для тех, кто извне. Тот внутренний культурный слой, который принято обозначать как авангардный, находится в центре внимания журнала. Его дерзкий тон привлекает к журналу молодых авторов. Поэтому именно они являются главной движущей силой «Гипертекста» и издание позволяет им высказаться, даже если тексты начинающих пока выглядят несколько неумелыми. В новом, двенадцатом номере журнала, тема которого «Хиты и рейтинги», авторы «Гипертекста» решили предложить читателям свое понимание рейтинговых произведений, объектов, институций в разных областях искусства: от литературы до архитектуры Уфы. Кто первый? Этот вопрос волнует не только спортсменов, но и всех людей других профессий, потому что стремление к лидерству в той или иной степени заложено в каждом. На этом стремлении построена система рейтингов, хит-парадов, конкурсов и премий. Базируясь на самых разных источниках информации, они сформировали вкусовые предпочтения горожан и постарались дать свои профессиональные комментарии о каждом упомянутом явлении.

 

Уфа выставочная

Кристина АБРАМИЧЕВА


Тот, кто захочет ознакомиться с уфимской выставочной деятельностью, тотчас убедится, что городу свойственна сильно плавающая жанровая специфика музеев/галерей/салонов, в чем мы в полной мере убедимся далее. Этот обзор призван разобраться в сути деятельности каждого места, где что-либо выставляется, потому что под вывеской «галерея» может скрываться все что угодно, как и под загадочной вывеской «бистро» можно обнаружить и дешевую рюмочную, и фешенебельный ресторан.

Итак, все выставочные залы делятся на галереи, салоны, музеи, ведущие и галерейную деятельность, а также торговые центры, заигрывающие с искусством. Разобраться в этом изобилии сложно, в чем я лично убедилась, заполняя соответствующую рубрику на сайте уфимского филиала журнала «Афиша». Несмотря на титанические усилия обеих сторон, жанровая специфика там до сих пор не прояснена. А мы начнем с музеев, которых у нас хотя и мало, но они ведут более активную выставочную деятельность, чем иные галереи. Под этой деятельностью имеется в виду не постоянная экспозиция, а выставки современного искусства.

Флагманом в этом смысле является БГХМ им. М. В. Нестерова, у которого три первых зала традиционно отданы под текущие выставки. Отбор осуществляется в пользу заслуженных художников, чаще всего юбиляров. Зато зритель может быть спокоен – здесь ему покажут работы «музейного уровня», художников и современных, и уже ставших классиками одновременно. Все будет достойно оформлено, осмысленно и, фигурально выражаясь, заспиртовано. Есть у Музея Нестерова и своя довольно большая галерея «Ижад», где выставляются преимущественно члены СХ второго плана (в связи с нахождением галереи в отдаленном районе Черниковка).

Функцию галереи, занимающейся более актуальным художественным процессом, на сегодняшний день несет небольшой частный Музей современного искусства РБ, созданный пять лет назад группой художников «Чингисхан» в память о своем безвременно ушедшем руководителе Наиле Латфуллине, в честь которого и назван музей. Хотя злопыхатели предпочитают называть его «Музеем Ханнанова», настолько все там вертится вокруг фигуры нынешнего лидера группы. Воспользовавшись отсутствием в городе официального музея, который последовательно занимался бы современным искусством, эту функцию взял на себя этот полуподвал в духе андеграунда. Кроме постоянной экспозиции живописи Наиля Латфуллина, которого по праву считают родоначальником авангардного искусства в Уфе, здесь экспонируется все, что попадает в Уфу благодаря связям художников группы и их собственной инициативе. Минусы – в неустойчивом расписании и планах музея: средь бела дня можно натолкнуться на закрытую дверь, а о планах нередко узнается из уст в уста за несколько часов до начала мероприятия.

В Национальном музее РБ (то есть краеведческом) тоже выделены два зала под выставки, очутиться здесь может все что угодно: от попсового Рериха до одной из частей Уральской триеннале печатной графики. Обычно здесь привечают выставки в жанре «Вокруг света», нередки хорошие фотографические экспозиции.

Что касается непосредственно галерей, то сейчас в городе действуют государственные и частные образования, в основном сохранившиеся еще с 90-х годов, хотя и несколько изменившие с тех пор характер своей деятельности. К государственным в первую очередь относятся выставочные площади Союза художников РБ: Уфимская художественная галерея и недавно отреставрированный Малый зал, по заявлению Союза отданный под выставки молодых художников. Также в собственности Союза находится трехэтажное здание по проспекту Октября, 148. В этом здании работает и магазин-салон «Ильгам» с ассортиментом художественных материалов. С этой епархией СХ недавно произошла скандальная история с попыткой рейдерского захвата и последующим судом над мошенником.

Некоторые галереи, изменив суть заявленного жанра, целиком выродились в салоны, как, например, «Сангат», до недавнего времени находившийся в районе Центрального рынка. В бурные 90-е здесь начинала галеристка Алла Булянская, потом она широко развернулась в Москве, а «намоленное» место осталось. Хотя галерея давным-давно превратилась в салон. Что интересно, в сознании уфимцев «Сангат» до сих пор существует в прежнем блеске славы, и его даже часто путают с Уфимской художественной галереей – они находились под одной довольно солидной входной группой дверь в дверь.

Итак, три зала УХГ, самые большие по выставочной площади в Уфе, способны вместить в себя масштабные проекты вроде Уральской триеннале печатной графики или регулярных выставок ДПИ. Хотя современным требованиям они, безусловно, не отвечают: банальная развеска по стенам, советский антураж галереи и скромный профессионализм ее работников давно огорчают прогрессивных художников, мечтающих видеть представительский зал СХ более презентабельным. Сейчас входная группа с наконец-то четкой и ясной вывеской снова изуродована присутствием соседнего магазина – теперь на крыльце стоят продающиеся велосипеды, все закрывают витрины, и большое искусство снова ушло в тень.

Обширный конгломерат представляла собой когда-то и частная галерея «Аймак», существовавшая с 1992 года. Как и другие уфимские галереи, в начале своей деятельности она активно выезжала в Москву с работами художников своего круга. Под брендом «Аймак» в городе до недавнего времени существовали две площадки – галерея на оживленном проспекте Октября и багетная мастерская с небольшим залом, находящаяся в одном комплексе с БГХМ им. М. В. Нестерова. Ныне первая площадка вместе с собственной багетной мастерской получила название «Х-МАХ» (хозяин – актуальный художник Макс Холодилин). Выгодное географическое расположение, большие площади и наличие концепции (только актуальное искусство) позволяют видеть за этой галереей определенные перспективы. Название «Аймак» (хозяин Айрат Рамазанов) некоторое время сохранялось за второй площадкой напротив Музея Нестерова, где кроме продажи багета происходили спонтанные художественные акции. Сейчас бренд повис в воздухе вместе с разносторонней деятельностью его владельца.

Галерея «Урал» в центре города, хотя и в одном помещении с Домом дружбы народов РБ, довольно известна – имеет два небольших зальчика, разделенных холлом, но управляется при этом с довольно насыщенными фирменными проектами, как, например, регулярный «Лоскутный бриз». Ее специфика – развитие народных ремесел и продвижение художников из регионов Башкирии. Часты здесь и отчетные выставки студентов художественных вузов.

Имеет давнюю историю и галерея «Мирас» – одна из первых частных галерей в Уфе, она была в авангарде художественного процесса, поставляя республиканское искусство на московскую художественную арену. Сейчас имеет свою наработанную клиентуру, успешно занимается продажами республиканских художников-классиков современности, но больше в местных пределах. Пользуется всеобщим уважением за счет профессиональной работы галеристов: выставки проходят регулярно, художники отбираются по принципу качества – и заслуженные, и вполне молодые, но перспективные.

Впрочем, существует и обратный процесс, например частная галерея «АРТель», начав работу в качестве художественного салона, последние годы развивается как небольшой выставочный зал. Находясь внутри Детской художественной школы № 2, она имеет два помещения: большое для торговли художественными товарами, поменьше – для камерных выставок современных художников. Выставочных планов никто не строит, но при случае можно договориться с хозяйкой. На нечто среднее между галереей и художественным салоном похожа галерея «Лимузин» – когда-то она находилась в самом центре города и имела все перспективы. Потом кураторы улетели в Москву, а галерея была сослана в Городской дворец культуры, который никак для галерейного бизнеса не приспособлен. Сейчас, похоже, получила второе рождение в центре моды «Европа» (во главе – искусствовед Ирина Малышева). По крайней мере, ассортимент в виде картин вполне достойных художников и выбор багета вселяют надежду, хотя работает «Лимузин», конечно, по салонному принципу.

По подобному принципу, находясь внутри крупного торгового центра, работает и довольно популярная галерея «Гостиный двор» под эгидой местного отделения ЮНЕСКО (им же принадлежит и небольшая галерея «Президент-отель» внутри гостиницы). Вокруг нее много споров по поводу этичности нахождения предметов искусства среди торговых лавок Гостиного двора. Именно это соображение не привлекает к галерее серьезных художников, зато она популярна среди молодых художников и учеников художественных школ. Едва ли не чаще всего здесь проходят фотографические выставки, которые смотрятся в этом пространстве более гармонично, чем, скажем, «тяжелая» масляная живопись. А вообще получается так, что одновременно на стенках висит полный винегрет из разножанровых мини-экспозиций разного уровня качества. Зато на всех – неизменные бирки с ценой или контактами художника. Ну а что же, место бойкое!

Еще одно интересное образование «Галерея АРТ» – многоэтажный торговый холл, куда арт-директором взяли художника группы «Чингисхан» Наиля Байбурина. В результате отмечаются вспышки художественной активности в виде работ самого автора между этажами и летающих под потолком экспозиций других художников, которые время от времени случаются. Наилю очень хочется поработать и с актуальным искусством (такие площади пропадают!), но, кроме паразитирования на имени Евгения Севастьянова, пока ничего не выходит – не работают в Уфе настоящие актуальные художники, не прижилось пока это идеологически чуждое искусство.

Внутри художественных вузов тоже есть свои выставочные залы, но если в Уфимской академии искусств, на худграфе БГПУ и в Уфимском училище искусств это помещения проходного типа (холлы), то на третьм этаже главного корпуса Уфимской государственной академии экономики и сервиса работает довольно солидная галерея «ACADEMIA». Чаще всего здесь проходят выставки работ преподавателей и студентов Академии, но галерея не ограничивается рамками учебного плана – в ней бывают выставки современных башкирских художников. Огромная по меркам нашего города площадь, два полноценных зала и холл, позволяет сопровождать выставки показами мод, перформансами и прочими элементами шоу.

Итак, крупными художественными проектами в Уфе занимаются в основном Уфимская художественная галерея и Музей М. В. Нестерова под патронажем Министерства культуры и национальной политики РБ. Так, из «фирменных» проектов в городе, имеющих регулярный характер, нужно назвать в первую очередь Международную триеннале печатной графики, впервые прошедшую в 1995 году. Если первая Триеннале была региональной, а вторая – российской, то последние три носят международный статус. По условию все конкурсные работы передаются в фонд Художественного музея имени М. Нестерова. С меньшим ажиотажем в Уфе проходят фестивали акварельного искусства «Акварельная весна», скульптурные симпозиумы и другие менее значительные выставки. К слову сказать, Уфа не избалована крупными привозными проектами. Несмотря на наличие выставочных площадей, отсутствие кураторской инициативы и государственного интереса приводит к некоторому варению в собственном соку и отсутствию художественного кругозора у молодых художников. При желании российским кураторам есть где развернуться на этой ниве.

 

«У нас не было химической промышленности – у нас есть химическая промышленность»

Игорь САВЕЛЬЕВ


Года три назад в Москве – спасибо хлопотам Айдара Хусаинова – вышла толстая книга статей и разного рода записей покойного Александра Гайсовича Касымова, критика, чье имя в литературной Уфе уже давно обросло легендами. Земляки гордятся тем, что и в самых рафинированных московских кругах (в редакции «Знамени», например) Касымова почитали практически за классика... Когда я читал упомянутую книгу, то не мог отделаться от ощущения не то чтобы разнородности материала, но, скажем так, соседствования под одной обложкой явлений и суждений совсем разного качества. Особенно хорошо это заметно в дневниках последних лет жизни Касымова (2000–2003). Яркие, смелые, самобытные суждения о столичных писателях – и рядом, с той же долей серьезности, повествование о событиях уфимского литературного процесса, которые кажутся столь ничтожными, мелкими и серенькими, что деятельность критика представляется возней в песочнице.

Оторвавшись от чтения, сам вспоминаю те годы, я тогда был студентом первых курсов филфака и героически обивал пороги редакций «Бельских просторов», «Истоков», заглядывал на литкружки типа УФЛИ. И действительно: что я там видел, что у нас было тогда? Госиздательство, невменяемое настолько, что даже о книгах Горюхина или Чураевой в серии «Голоса молодых» еще речи не шло (а о теперешней вольнице типа сборников Виктории Скриган или Кристины Андриановой в той же серии и помыслить не могли). Официозный журнал: мы еще помним, с какими трудностями в нем «пробивали» в 2002 году первый молодежный номер. Полное отсутствие критики, на фоне которого и отдельные сумасшедшие брошюрки с аббревиатурой «УЛК», сварганенные на принтере, казались чем-то стоящим. Ну и так далее. Полнейшая пустыня.

Что бы мы там ни говорили, за какие-то пять-шесть лет – прогресс огромный, революционный.

О самих художественных текстах говорить не будем, проследим только по вехам литературного процесса. Прежде всего я бы выделил преодоление былой замкнутости, когда бытовали мифы, что «в Москву пробиться невозможно». Пробились, и многие: как среднего возраста (Чураева, Горюхин, Фролов), так и молодые. Возник даже феномен, когда о юном авторе почти ничего не знают на малой родине, зато привечают в столичных институциях (Руслан Нугуманов, Роман Файзуллин: об их творчестве можно спорить, но факт есть факт). А разве наши «флагманы» типа «Бельских просторов» не стали ориентироваться на то, чтобы влиться в общероссийский литпроцесс?.. Появился критический журнал, возникли многие другие признаки нормализации обстановки. Я бы сравнил уфимскую литературу с инвалидом, которому поочередно протезируют один больной сустав, второй, третий. И можно монотонно перечислять, как некогда Сталин с трибуны съезда ВКП(б): «У нас не было химической промышленности – у нас есть химическая промышленность, у нас не было тяжелого машиностроения – у нас есть тяжелое машиностроение...»

А совсем недавно «починили» и главный, пожалуй, «сустав» местного литературного процесса. Долгие годы Башкирия оставалась одним из немногих регионов, где напрочь отсутствовало негосударственное книгоиздание – по крайней мере, в сфере художественной литературы. Очереди, цензура и прочий «парк советского периода» в госиздательстве «Китап» все эти годы оставались притчей во языцех. И вдруг появилась организация под названием «Вагант» под руководством доцента Башпедуниверситета Салавата Вахитова, которая начала с завидной скоростью метать на прилавки книги вполне достойного уровня – и по содержанию, и по форме. У старожилов глаза на лоб полезли, и мы всего за год запутались в подсчетах: столько наименований было выпущено. Нуриев, Фролов, Шарипов, Хусаинов, Рахимкулов... Десятки имен! Среди них и те, кто прежде годами ждал выхода скромненькой, выхолощенной брошюрки в «Китапе» и теперь, наверное, слегка ошалел от внезапно открывшейся возможности издаваться быстро, легко, качественно (Алексей Кривошеев). Среди них и те, кто вообще только что пришел в литературу, и факт их едва открытой писательской биографии головокружителен: от первой робкой публикации в журнале – к собственной книге за пару месяцев (Марианна Плотникова).

Салават Венерович Вахитов быстро превратился для уфимской культурной публики в доброго волшебника, который вытаскивает из цилиндра очередного зайца в виде, например, новой поэтической серии и благодушно обходит в интервью вопрос о механизмах чудес. Примкнувшие к нему корифеи местной литературы (Хусаинов, Фролов), словно мудрецы при султане, помогают с выбором авторов. Почти к каждому мало-мальски зарекомендовавшему себя уфимскому писателю подходят с интимным шепотом: «Соберешь текстов на пятнадцать авторских листов?» На бельских просторах объявился невиданный прежде клондайк.

Тем интереснее понаблюдать за настроениями в нашей литературной среде. Летом все ее «ключевые фигуры» собрались на специальное заседание в Доме-музее художника Тюлькина с целью обсудить, что же теперь делать с таким ассортиментом книг и с таким издательским ресурсом в целом. На «съезд победителей» (так Сталин назвал съезд, на котором говорил про химическую промышленность) сие, однако, походило мало. Общее настроение я бы определил как растерянность. Люди, которые годами ругали в кулуарах советские издательские порядки, грезили о свободном выпуске книг, верстали какие-то брошюрки в лучших традициях брежневского самиздата, теперь – когда осуществились их мечты – решительно не знали, что со всем этим делать. Издавать все лучшее, что скопилось за эти годы в столах? Безусловно. Это и происходит. Привлекать авторов-«варягов» со стороны? Возможно. Организовать на всероссийском уровне критическую кампанию, рассылая новинки «Ваганта» в столичные редакции и ведущим критикам? Автор этих строк за такое брался, возил книги в Москву, результатом чего, в частности, стала обширная рецензия Льва Оборина на несколько сборников в недавнем «Знамени» (2009, № 7). Все вроде выполняется. Но остается странное ощущение работы на холостом ходу. Яркие «вагантовские» книги лежат на магазинных полках. Ни одну, кажется, еще не расхватали достаточно, чтобы допечатывать первоначальный малый тираж (заявленный – обычно это 1000 или 500 экземпляров – должен выпускаться в несколько заходов). Рецензии и отзывы в солидных толстых журналах («Новый мир», «Знамя», «Урал» и др.) не имели никакого конкретного результата, стало ясно, что работа с критиками – это автономное такое занятие (ты им книгу, они тебе статью), иногда затратное, иногда приятное, но не предполагающее никаких выходов в сферу дальнейшего движения книги к читателю.

Кажется, что главный итог всех этих растерянных совещаний – общее стойкое ощущение, что в организме нашего литпроцесса не хватает одного сустава, который оказывается самым главным: не хватает собственного читателя. Замечательно изданные книги «Ваганта», из которых выложен целый муравейник в центральном магазине Уфы, раскупаются слишком плохо. С предельной ясностью это сформулировал и Салават Вахитов в интервью: «Мы встретили много самобытных авторов, но... вдруг обнаружили отсутствие читателя» («Уфимские ведомости», 24 декабря 2008 г., цит. по «Новой литературной карте» http://www.litkarta.ru/dossier/ufimskaya-kniga/). Звучали мнения, что потенциальный читатель просто плохо информирован и для полного счастья нужно только заняться тотальным пиаром. Так ли это? Не слишком ли просто? Кроме того, даже такой рецепт был бы легко выполнимым пять-десять лет назад, но не теперь: коллеги-журналисты знают, насколько трудно сейчас что-то добровольно продвигать без согласования с руководством СМИ и без вытягивания из «клиента» бабла в редакционный бюджет. Кустарный, доморощенный пиар уходит в прошлое, а платный и профессиональный никакой некоммерческий книжный проект, конечно, не потянет.

Словом, пока многочисленные книги «Ваганта», честь и хвала энтузиастам, плавают в этаком безвоздушном пространстве. Может быть, со временем ситуация изменится. Может быть, через год или два мы со сталинским спокойствием будем перечислять: «У нас не было издателей – у нас есть издатели, у нас не было читателей – у нас есть читатели». Может быть. Кто знает.


Культурная среда
Бельские просторы подписка 2017 3.jpg
Подписывайтесь на бумажную и электронную версии журнала! Все можно сделать, не выходя из дома - просто нажимайте здесь!
Октября 28, 2016 Читать далее...


Ананас-33.jpg
30 мая в Союзе писателей РБ состоялось собрание объединения русских писателей. Был избран новый председатель объединения. Собравшиеся выказали полное единодушие и избрали следующим руководителем ОРП заместителя главного редактора журнала «Бельские просторы» Светлану Рустэмовну Чураеву.



Вчера, 23 мая, редакция журнала "Бельские просторы" посетила Шаранский район, встретилась с библиотекарями и побывала на празднике Славянской письменности.
1.jpg
2.jpg
3.jpg
5.jpg
6.jpg
7.jpg


В течение двух дней в Белорецком районе проходили встречи с писателями, редакторами ведущих журналов и газет республики. От журнала «Бельские просторы» в встречах принимали участие заместитель главного редактора Светлана Чураева и редактор отдела прозы Игорь Фролов. 18 мая творческий десант принял участие в музыкально-поэтическом мероприятии для отдыхающих и коллектива санатория «Ассы». 19 мая гости прибыли в город Белорецк, где для них была подготовлена большая программа. Встречи проходили в нескольких школах и библиотеках. Заключительное мероприятие состоялось в школе №1.

Чураева Белорецк.jpg

Светлана Чураева знакомит читателей Белорецка с новинками журнала "Бельские просторы"

белорецк.jpg

Писатели РБ возлагают цветы к бюсту А. С. Пушкина

ф и ч белорецк.jpg

Игорь Фролов и Светлана Чураева среди читателей



Все новости

О нас пишут

Наши друзья

логотип радио.jpg

Гипертекст  

Рампа

Ашкадар



корупция.jpg



Телефоны доверия
ФСБ России: 8 (495)_ 224-22-22
МВД России: 8 (495)_ 237-75-85
ГУ МВД РФ по ПФО: 8 (2121)_ 38-28-18
МВД по РБ: 8 (347)_ 128. с моб. 128
МЧС России поРБ: 8 (347)_ 233-9999



GISMETEO: Погода
Создание сайта - «Интернет Технологии»
При цитировании документа ссылка на сайт с указанием автора обязательна. Полное заимствование документа является нарушением российского и международного законодательства и возможно только с согласия редакции.