Учредитель: Правительство Республики Башкортостан
Соучредитель: Союз писателей Республики Башкортостан

ЕЖЕМЕСЯЧНЫЙ ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКИЙ ЛИТЕРАТУРНО-ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ЖУРНАЛ
Издается с декабря 1998
Прямая речь

Три абзаца от Савельева

Привет, я Игорь Савельев. Каждую неделю на сайте «Бельских просторов» я буду отпускать комментарии по событиям литературного процесса. Надеюсь, со временем ко мне присоединятся мои молодые коллеги, хотя я и сам еще не очень стар.

По-настоящему серьезных и значимых литературных журналов так мало, что не удивительно, что все они наблюдают друг за другом с пристальным интересом. Условный приз за креатив этой осени может получить «Октябрь», презентовавший неделю назад сдвоенный российско-китайский номер. Оказывается, главный литературный журнал Китая тоже носит название «Октябрь» («Шиюэ»), он основан в 1978 году после т.н. «Культурной революции», то есть он сильно младше российского собрата, но тиражи, конечно, не сравнить. Вот «Октябри» и выпустили совместный номер, где напечатали многих заметных российских (Роман Сенчин, Евгений Попов, Валерий Попов, Александр Кабаков) и китайских писателей. Интересно, что происходит это на фоне ситуации, которая встревожила многих: власти Москвы выселили «Октябрь» из помещения, которое он занимал лет семьдесят. Несведущий человек скажет – ну, подумаешь, редакция переехала. Только, по-моему, переезжать было некуда (новый адрес журнала на сайте не значится, не исключаю, что его делают теперь дистанционно, «на коленке»), а во-вторых – потеря литературным журналом помещения в центре Москвы – трагедия, которая всегда рассматривалась в литературной среде практически как «смерть журнала».

 

Об этой опасности заговорили не в 90-е, которые принято называть «лихими» (и именно тогда журналы переживали обвал тиражей и обнищание), а в относительно сытые нулевые. Тогда-то, насытившись нефтедолларами, власть и обратила внимание, что «золотые» помещения в центре занимает такая непонятная бизнесменам и чиновникам культура, как толстые журналы, да еще и мало платит за это. Когда-то журналам установили льготные арендные ставки. Сейчас трудно вспомнить, для кого прозвенел первый звоночек лет десять назад. Кажется, для «Нового мира»: его здание, принятое на баланс еще Твардовским в конце 60-х, парадоксально оказалось бесхозным. Поскольку всё постсоветское время федеральный центр и московские городские власти не могли договориться – кому из них оно принадлежит, «Новый мир» подождал и тихонько выиграл арбитражный суд как «добросовестный арендатор бесхозного помещения на протяжении более 15 лет». Тут-то власти очнулись, сломали решение суда и заговорили о выселении «Нового мира». Помню, что именитые писатели подписывали какие-то петиции, и выселение удалось отменить. Сегодня «Новый мир» работает по прежнему адресу, но, естественно, без серьезных гарантий.

 

Тогда, объясняя, почему толстый журнал такой значимости не может делаться на дому или сидеть в каком-нибудь коворкинге на окраине, писатели объясняли: а место встреч литераторов, место, куда могут придти авторы из провинции?.. А уникальный архив?.. Библиотека?.. Прямо говорилось – стоит выселить такой журнал из «культурной среды» московского центра – и он умрет. Но оказалось, что, во-первых, эти аргументы чаще всего – пустой звук для чиновников, а во-вторых, толстые журналы более живучи, чем думалось даже их редакторам. В последние несколько лет тихо-тихо лишились помещений несколько журналов. Сначала из «Дома Ростовых» на Поварской попросили «Дружбу народов»: в 2012 году на эту тему было много публикаций в СМИ. Потом – уже совсем тихо – с Большой Садовой съехало «Знамя». Так тихо, что об этом даже мало кто знает из авторов, нечасто бывающих в редакции (теперь она сидит в Воротниковском переулке). Потом – эта история с «Октябрем», тоже окруженная странным молчанием: для всего литсообщества стала сюрпризом большая статья об этом – «Октябрь стерли ластиком»: ее опубликовал Павел Басинский в «Российской газете» https://rg.ru/2017/05/29/reg-cfo/basinskij-s-kulturnoj-karty-moskvy-nezametno-ischez-zhurnal-oktiabr.html. Сами сотрудники «Октября» ничего об этом не заявляли и довольно долго воздерживались от комментариев даже после выхода этой статьи.

 

Оказалось, однако, что продолжают выходить и «Октябрь», и «Знамя», и «Дружба народов», ничего не растеряв. Я не веду к мысли, что риторика «переезд равен смерти» оказалась неправдой. Я радуюсь тому, что запас прочности у толстых журналов остается большим. Они пережили и катастрофу с подпиской в 90-е, катастрофу с потерей массового читателя и тиражей, сейчас переживают период потери советских же помещений, но не сдаются. Но сколько испытаний им еще предстоит?    



Читать далее...

Уголок журнала

Из картинной галереи
1 (10).jpg
1 (10).jpg
О.Цимболенко. Портрет велосипеда (2009)
О.Цимболенко. Портрет велосипеда (2009) Молодые художники Уфы
Мост через р. Белая
Мост через р. Белая
Зимний вечер (1983)
Зимний вечер (1983) Константин Головченко

Публикации
Извините, информация отсутствует

Со "Сменой" в рюкзаке. О туристе и фотографе А. Репенко

№ 5 (186) Май, 2014 г.


Об Алексее Репенко (1935–2001)

Стояло когда-то, да не так уж и давно – всего лет пятнадцать назад – неподалёку от Новостройки великолепное здание, почти сплошь покрытое затейливой деревянной резьбой. Над ним возвышалась основательная, причудливо украшенная деревянная же башня, больше похожая на творение любящего эксперименты художника-декоратора для постановки спектакля на некий сюжет о Древней Руси. Да, в принципе таковым его кое-кто, к сожалению, и считал. Выстроенное, по всей видимости, по рисункам одного из основоположников неорусского стиля архитектора Ивана Ропета по заказу почётного гражданина города Уфы купца Сергея Зайкова, оно не срослось с архитектурой новой Уфы и было снесено подобно некоему сценическому театральному заднику спектакля о Снегурочке. Впрочем, удивляться этому не стоит: большинство архитекторов ещё с начала прошлого века презрительно именовали такие постройки «ропетовщиной», заявляя, что ничего общего с подлинным искусством они не имеют, – так, стилизация, подражание, «петушиный» стиль. А людям, на первый взгляд, может быть, и далёким от искусства, строение это, известное позже под названием «Детский санаторий», нравилось. Как нравился и Видинеевский деревянный летний театр. Правда, если на фоне театра фотографировались тысячи уфимцев и приезжих, то зайковская дача оказалась менее доступной и в кадры всё как-то не попадала. Вот и я, сотни раз проезжая мимо, любовался ею, но, понимая, что она не вечна, ни разу так и не удосужился прогуляться до неё и просто сфотографировать.
Поэтому и стали для меня откровением снимки Алексея Репенко. Он сфотографировал зайковский резной терем зимой! Напомню для тех, кто помоложе, – уважавшие себя фотолюбители (да и профессионалы тоже!) не очень-то любили зимние фотосессии на пленэре: шастать по морозу с не терпящей холода плёнкой – занятие не самое весёлое и благодарное. А вот для Алексея Ивановича это было делом привычным. Тем более что снимки сделаны в самом начале 1960-х, когда на карте Уфы понятия «Новостройка» ещё не существовало. Не было и асфальта на идущей сквозь лес дороге. Люди знающие, увидев в подборке снимков Репенко прыгающих с трамплина лыжников, понимающе кивают и мгновенно «разгадывают» тайну появления Алексея Ивановича так далеко от жилых домов – ведь трамплин и Детский санаторий находились почти рядом. Но прагматичные их выводы всё равно ничего нового не скажут нам: болельщиков вокруг летающих лыжников полным-полно, а снимал только Репенко. Да и не имела погода почти никакого значения, когда в субботу, сразу после окончания рабочего дня (и вновь для непосвящённых – до 1967 года в нашей стране была шестидневная рабочая неделя) он и несколько его товарищей с 40-го завода быстро переодевались и… – «старость меня дома не застанет. Я в дороге, я в пути», – так пелось в одной из песен полувековой давности.
Какое же это наслаждение – набиться толпой в электричку и забраться куда-нибудь в горную глухомань, чтобы потом бурный весенний поток вынес твою байдарку или плот назад, на равнину! А то, набрав команду соседских пацанов, двинуть пешим ходом в сторону легендарного Висячего камня, где путешественников уже ждала… мировая рыбалка.
Когда, почему обуяла Алексея Ивановича вторая страсть – к светописи, мы, должно быть, никогда уже не узнаем. Знатоки жанра ехидно ухмыльнутся, услышав название фотооружия Репенко: да, это была самая простая-распростая «Смена» за 9 рублей без копеек! Но дело вовсе не в деньгах, ведь работники завода п/я №40 имели, пожалуй, зарплату повыше, чем в целом по городу. Для объяснения сего курьёзного факта приведу вновь слова из песни (которые из неё, как известно, уже не выкинешь): «По всей Земле пройти мне в кедах хочется, увидеть лично то что, то, что вдалеке. А ты пиши мне письма мелким почерком, поскольку места мало в рюкзаке». Последние слова объясняют всё: кроме спального мешка в рюкзаках должно было найтись место и для продуктов, и для примуса, и для много чего ещё. Кто-то нёс палатку, кто-то – ведро для каши. Ну а рядом с рюкзаком на плечах должно было остаться, ясное дело, ещё и местечко для гитары. Почти как в космосе – каждый грамм на счету. Так вот и окончился счёт на 300-граммовой «Смене».
Магазины тогда людей в кедах не очень-то жаловали, порой даже с самими кедами была напряжёнка. Вот Алексей, как, впрочем, практически все его собратья по увлечению, и шил сам палатки, строил байдарки. Кроме того, мастерски рубил срубы. Мог и мебель при необходимости соорудить.
Времена тогда, мягко говоря, несколько отличались от нынешних, да и люди были хотя бы чуть-чуть, но другие. Вот небольшой эпизод из жизни простых туристов на сплаве. Лесозаготовителям одного из районов Башкирии сообщили, что их скоро посетит с инспекцией министр лесного хозяйства. Озабоченные товарищи подчинённые вовсю готовили столы с закуской и комнату для отдыха приезжающих, недоумевая, куда подевался министр. А министр в спортивной форме шёл в это время вместе с Репенко на байдарке и наблюдал за состоянием берегов прямо с реки.
…Года два назад мне передали пачку фотографий с совершенно волшебными видами Уфы полувековой давности, каковых, признаюсь, я и не надеялся больше никогда увидеть. Даже почти примелькавшиеся виды апрельского сада Салавата над Белой во время ледохода были не совсем обычными – была на них печать того, чего не добьёшься ни учёбой, ни опытом, и что даётся, как известно, только свыше. Тут же лежали снимки домов у Софроновской пристани, сгинувшая в никем не оспариваемых, но и не слишком разумных «прописных истинах» уфимских зодчих улица Электрификации, связывавшая до середины прошлого века Уфу и Черниковск. Почти пустая Комсомольская площадь перед Горсоветом, корпуса пионерского лагеря «Нефтяник» (сейчас на его месте – 18-я больница). Особенно восхитили виды строящегося микрорайона, где ныне известные всем пятиэтажки со словами из песни «Пусть всегда будет солнце» представлены только фундаментами. На конверте со снимками было подписано, что их автор – А.И. Репенко. И больше ничего. Расспросить подробнее не успел, потому стал искать это имя в Интернете. Почти получилось – имя-то было, даже было обозначено, что работал Репенко в турклубе. А вот дальше начались откровения. При упоминании имени Репенко Н.Л. Грахов и В.А. Марушин сразу же начали бурно выражать свои восторги в адрес этого человека, обратив моё внимание на то, сколько Алексей Иванович возился с мальчишками. Этим, впрочем, они меня уже не удивили: на одном из снимков молодой и неугомонный народ собрался маленькой толпой на большой высоте – на парашютной вышке в парке Гафури. Многие владельцы фотоаппаратов «запечатлевали» таких пацанов, когда те просили. Но до отпечатков дело никогда не доходило. А здесь была именно фотокарточка! Значит, это были подопечные Репенко: он много занимался со школьниками как инструктор-методист.
Потом мне передали и негативы Репенко. Я узнал на них то, чего уже, пожалуй, и не помнил – проспект Октября с не работающим аэродромом и только что выстроенные на противоположной стороне дома, в одном из которых открылся магазин «Заря». А ещё – что почти невероятно – возвращающийся после поездки на нефтеперерабатывающие заводы ЗИС-110 с «шляпомашущим» Никитой Сергеевичем. Правда, видно, что накрапывает дождь, и потому Хрущёв укрыт под тентом. А ведь это август 64-го – полвека назад! Поэтому, когда я познакомился со вдовой Репенко Зинаидой Ивановной (а сделать это было сложновато, городской телефон долго не отвечал; позже я узнал: хозяйка с рюкзаком на плечах была в пути), первое, что я спросил её, почему она не выкинула негативы. «Муж так воспитал», – коротко ответила она. Потом рассказала об Алексее Ивановиче. Родился в деревне Казанка близ Раевки. Вырос без отца – он погиб на фронте. Учился в железнодорожном техникуме, работал в депо станции «Уфа», потом на 40-м заводе.
Когда был организован городской турклуб, работницу фирмы «Мир» Зинаиду послали учиться на инструктора. Преподавателем оказался Репенко. Так и познакомились. Впрочем, он же и чуть не выгнал Зинаиду. За болтовню. Один из руководителей клуба остановил его: «Займись с ней индивидуально». А через несколько лет для сплава по Юрюзани Алексей Иванович приготовил уже 4-местную байдарку – сплавлялись вместе с маленькими детьми. Сегодня их дочь Галина – кандидат в мастера спорта по туризму, вторая дочь – Наталья – судья по туризму. Если одна из 12-летних внучек Репенко занимается танцами, то другая имеет 3-й взрослый разряд по плаванью, медали по ориентированию и скалолазанию. Жаль, что Алексей Иванович за них уже не порадуется: в начале 2001 года его не стало.



Культурная среда
Бельские просторы подписка 2017 3.jpg
Подписывайтесь на бумажную и электронную версии журнала! Все можно сделать, не выходя из дома - просто нажимайте здесь!
Октября 28, 2016 Читать далее...


владимир кузьмичёв.jpg

Уфимский писатель, автор журнала "Бельские просторы" Владимир Кузьмичёв стал лауреатом X фестиваля иронической поэзии «Русский смех», среди участников фестиваля были авторы-исполнители не только из России, но также из Германии, США, Казахстана, Латвии, Украины и других стран. Фестиваль проходил в городе Кстово. Владимир, помимо официального диплома, получил приз «Косой в золоте» (статуэтка весёлого зайца — талисмана фестиваля).



маканин.jpg
Владимир Маканин
  • Родился 13 марта 1937 г., Орск, Оренбургская область, РСФСР, СССР
  • Умер 1 ноября 2017 г. (80 лет), пос. Красный, Ростовская область, Россия
В 50-е годы жил вместе с родителями и двумя братьями в Уфе, точнее в Черниковске на улице Победы в двухэтажном доме номер 35 (дом стоит до сих пор). Окончил уфимскую мужскую школу № 11 (ныне №61). Ниже предлагаем интервью с Владимиром Семеновичем, взятым у него Фирдаусой Хазиповой в 2000 году.


Логотип журнала "Бельские просторы" здесь

Все новости

О нас пишут

Наши друзья

логотип радио.jpg

Гипертекст  

Рампа

Ашкадар



корупция.jpg



Телефоны доверия
ФСБ России: 8 (495)_ 224-22-22
МВД России: 8 (495)_ 237-75-85
ГУ МВД РФ по ПФО: 8 (2121)_ 38-28-18
МВД по РБ: 8 (347)_ 128. с моб. 128
МЧС России поРБ: 8 (347)_ 233-9999



GISMETEO: Погода
Создание сайта - «Интернет Технологии»
При цитировании документа ссылка на сайт с указанием автора обязательна. Полное заимствование документа является нарушением российского и международного законодательства и возможно только с согласия редакции.