Учредитель: Правительство Республики Башкортостан
Соучредитель: Союз писателей Республики Башкортостан

ЕЖЕМЕСЯЧНЫЙ ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКИЙ ЛИТЕРАТУРНО-ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ЖУРНАЛ
Издается с декабря 1998
Прямая речь

Тайная музыка невозможного

…Когда-то я пытался убить в себе сочинительство, чтобы жить как все нормальные люди. Заставлял себя не сочинять, но через некоторое время стихи просто произносились. Потом махнул рукой, приняв это как пожизненную неизбежность, как свой крест. И только теперь, когда лучшая часть жизни позади, с отчётливой, щемящей болью сознаю, что это всё-таки то самое дело, которое действительно люблю и единственно по причине которого и стоит хотя бы терпеть меня на этой Земле…

Станислав Петрович Шалухин (1952–2002) родился в Уфе. Работал преподавателем, журналистом. Последнее место работы – редактор отдела поэзии журнала «Бельские просторы»



Читать далее...

Уголок журнала

Из картинной галереи
Лен. 1976. Акварель
Лен. 1976. Акварель Эрнст Саитов
Клуб любителей... изящной словесности.jpg
Клуб любителей... изящной словесности.jpg В юном месяце апреле. Любительская фотография XIX-XX вв.
1 (3).jpg
1 (3).jpg
В тени дубов
В тени дубов Алексей Кудрявцев

Публикации
Сафронова Елена Валентиновна (http://magazines.russ.ru/authors/s/safronova/) родилась в 1973 г. Живет в Рязани. Окончила Историко-архивный институт Российского государственного гуманитарного университета в Москве. Прозаик, критик, постоянный автор "толстых" литературных журналов. Член Союза российских писателей,  Союза Писателей Москвы и Союза журналистов России.

Поэзия: что нового?

№ 11 (180) Ноябрь, 2013 г.


Алексей Колчев. Частный случай. – Шупашкар, Free poetry, 2013.
Алексей Колчев. Несовершенный вид / Поэтическая серия Арсенала. – Нижний Новгород: Приволжский филиал Государственного центра современного искусства, 2013.

По уже установившейся традиции, в нашей рубрике новое – имя.
У поэта Алексея Колчева своеобразная литературная судьба: он куда больше известен в России, чем по «месту прописки» – в Рязани. Впрочем, это как раз не странно: во всероссийском литпроцессе уверенно находят своё место и даже свою нишу те, кому тесны рамки литпроцесса местечкового (если и когда он где-либо существует реально, а не фантомно). Такую судьбу разделили с Колчевым ещё четверо поэтов, которых условно можно по формальному признаку окрестить «рязанскими», поскольку в определённое время, в момент одной важной публикации, они пребывали именно в этом городе. Это были Алексей Колчев, Игорь Ситников, Светлана Нечай, Сергей Свиридов, Евгений Калакин. В текущий литпроцесс они «внедрились» и известны стали благодаря антологии «Нестоличная литература» (М., 2001), собранной Дмитрием Кузьминым из произведений региональных авторов. После выхода антологии в свет все её участники отмечены на «Новой литературной карте России» (http://www.litkarta.ru/).
Вряд ли связь между этими событиями прямая – скорее, метафизическая, – но сегодня из этой «пятёрки» постоянно живут в Рязани только Алексей Колчев и Сергей Свиридов. Светлана Нечай давно живёт в Подмосковье, а Игорь Ситников – вообще на Тайване. Но в литературе, известно, не место – не город, не регистрационные данные – красит человека. Гораздо важнее то, что все эти ребята «прописались» во всероссийской литературе. И теперь самое время сосредоточиться на поэтических новинках, которыми обогатил оную литературу новый герой нашей рубрики – Алексей Колчев.
Начнём с того, что у Алексея Колчева достаточно публикаций в центральных литературных изданиях – альманахе «Черным по белому!» (М., 2002), посвященном второму московскому Фестивалю поэтов, журналах «Дети Ра», «Волга», «Воздух», книжке «Лучшие стихи 2011 года» (издание О.Г.И) и т.д. Он участвует в поэтических «турне» по России, периодически не забывая и не отказываясь организовывать вечера поэзии в Рязани, причём как собственные и своих товарищей, так и «гастроли» очень звучных имён (свежий пример – сентябрьский вечер с участием Михаила Айзенберга). Отсюда совершенно естественно и логично вытекает, что первая книга стихов Алексея Колчева, «Частный случай», вышла не в родном городе, а в чебоксарском издательстве «Шупашкар: Free poetry», специализирующемся на выпуске книг знаковых персон современной поэзии, причём не за их, а за собственные средства. Конечно, тиражи невелики, обложки тонки… но это бук-арт, книга художника, содержащая не только стихи, но и собственноручные уникальные иллюстрации к ним (или рефлексию художника по поводу прочитанного). Такое издание гораздо лучше во всех отношениях, включая качественное, чем белая бумага, твёрдый переплёт, золотообрезное тиснение за свой счёт. Первая книга Алексея Колчева – крупный сборник, в нём порядка семидесяти стихотворений. Так что «Частный случай» Алексея Колчева – вовсе не частность, если ориентироваться на российский литпроцесс (а на что же ещё?..).
«Рождённая» летом 2013 года, довольно скоро после первой, вторая книжка стихов Алексея Колчева «Несовершенный вид», явилась миру в Нижнем Новгороде, в так называемом «Арсенале», официально - Приволжском филиале государственного центра современного искусства. Как и первая, она выпущена за счет издательства, отчего автору достаются лишь авторские экземпляры – но и это неплохо, если считать альтернативой единоличное постылое владение кипами книг… Более того – и третья книга Алексея Колчева буквально на подходе, и тоже в «централизованной» поэтической серии, но, так как она пока не вошла в литературный оборот, не будем пока о ней говорить, ограничившись рассмотрением двух книг, которые можно «пощупать». Хотя продуктивнее их почитать.
При всей художественной актуальности, даже авангардизме своих стихов Алексей Колчев по складу поэтики – городской лирик, тонко чувствующий как окружающую атмосферу, так и слово, передающее именно то ощущение, которое рождается у поэта. У многих читателей понятие «лирика» ассоциируется со стихами, как у Сергея Есенина – где есть чёткий стихотворный размер, явственная рифма, красивые пейзажные описания, яркие образы… У рязанских читателей этот стереотип срабатывает совершенно точно; не столько по их собственной воле и осознанному выбору, сколько по устоявшейся культурной традиции, согласно которой в Рязани Есенин – «наше всё» (слава Богу, сейчас его можно славословить; было ведь время, когда он был запрещён…), а также в силу эффективности местного культурного месседжа, если не пропаганды, о превосходстве Есенина над всеми лириками ХХ века, уходящего ветвями в глубокую и безнадёжную конспирологию… Поэтому, готовя статью для рязанской областной газеты (единственной, к слову, газеты в регионе, интересующейся литературой и книгами) о поэтических новинках Алексея Колчева, я на голубом глазу объясняла читателям, что непохожесть Колчева на Есенина – не зло, а благо, и вообще, непохожесть эта кажущаяся, исключительно внешняя, по форме, а содержание творений этих двух поэтов схожее…
Процитирую собственный материал: «Но искусство не стоит на месте, поскольку меняются его творцы – люди. У современной лирики та же основная цель, что и у её «предшественницы»: выражать человеческие чувства возможно более искренне, призывать к сопереживанию и духовному преобразованию. Гамма главных человеческих чувств осталась той же, что в античности. Зато у них появилось больше «оттенков», продиктованных стремительными и радикальными общественными процессами. И технический «арсенал» современных поэтов сложнее, чем в Серебряном веке, так же, как и совокупность высокотехнологичных изобретений, которыми мы пользуемся каждый день, сложнее, чем у наших предков. Скажем, сегодня в ходу верлибр – «свободный стих», не подчиняющийся ритмике и рифмовке. Алексей Колчев воздаёт должное этому жанру…»
Мне этот посыл совершенно не совестно вставить в нынешний обзор, потому что, хоть и в упрощённом, адаптированном для неискушенной аудитории виде, но он выражает то, что я думаю о стихах Колчева, которые, тоже правда, делятся на верлибры и «неверлибры». В первой книге соотношение тех и других примерно поровну, а поэтичности верлибров надо воздать должное (оцените, дорогие читатели, это говорю я, нелюбительница верлибра!):

СМЕРТЬ
муха села на варенье
вот и всё стихотворенье
муха

села

вот и

всё

ТЕМ ЛЮБЕЗЕН
сохранишься
прохожим
в метро

случайно попав
в объектив
иностранца

вот и память

и слава
тебе

В маленькой строке колчевского верлибра умещается огромная концентрация обострённого восприятия бытия (и мы до этого обострённого восприятия ещё дойдём!) – она-то и оборачивается поэтичностью.
Однако то, что верлибров в книге «Частный случай» примерно половина, на мой взгляд, характеризует первый сборник Колчева как творение не декларативное, не провокационное, а только нащупывающее верную дорогу. Точнее, конечно же, ищет дорогу автор, но сборник несёт на себе отпечаток всех его сомнений, колебаний и метаний меж устоявшимся представлением о гармонии, уютны, как пижама, и устоявшимся представлением о необходимости для поэта поиска новых форм, привычно-дерзким как королевский шут. Такой вывод легко сделать из контента сборника. Множество стихов здесь «традиционны»: ритмо-рифмованны, элегичны (или, напротив, ироничны), к тому же обращаются с уважением к культурным вершинам былого. В этом смысле показательно стихотворение, буквально взывающее к «Ростороповичу с Вишневской»:

уничтожьте масс культуру
полну гадостью безликой
замените политуру
на шампанское с клубникой

чтобы вновь благоухали
прежним ароматом розы
чтобы по небу порхали
разноцветные стрекозы

чтобы с агнцем лев дружился
и кружился в менуэте
чтобы всякий спать ложился
в бабочке и при берете

О, да, оно может быть прочитано «прямо», а может – с обиняками и сарказмом; и в том, и в другом случае сформулировано верно, что значит, мастерство. В том же примерно диапазоне трактовок находится у Колчева мотив утраты культурных и духовных ценностей прошлого:

джон донн уснул проснулся готфрид бенн…

И тут даже есть соблазн принять скорбь по поводу замены Донна – Бенном (исключая просто-напросто забавную «колокольную» рифму этих фамилий, которая, может быть, и привлекла поэта больше всех прочих факторов!) за чистую монету. На основании не одного стихотворения, а всего контекста книги. Картина «деморализации» людей, лишённых нравственной опоры былых культурно-нравственных достижений, пронизывает всю книгу Алексея Колчева:

сбросим
пушкина
сбросим
с парохода современности
с паровоза современности
с аэроплана современности

сгнил уже
последний пароход

а на выставках
всё выставляют
писсуар дюшана

теперь
с содержимым

ГНОЗИС
рекламный сандвич
на невском

мир
секонд хенд

как нам
жить
теперь
с этим знанием

Безусловно, поэт хочет иронизировать над своими страхами, если не фобиями, и над суетой, какую развело человечество вокруг «обмельчания культуры» – но его ирония получается невесёлой. Вообще, интонация первой же книги стихов Алексея Колчева в лучшем случае элегическая; в худшем, сдаётся мне, депрессивная, но к этому мы опять же ещё вернёмся, ибо во второй книге дела с «выражением» обстоят ещё суровее. Пока же отмечу, что наш герой не может всерьёз никого сбрасывать с парохода современности – как многие сегодняшние талантливые лирики, он заметно тяготеет к различным изводам постмодернизма, в частности, пользуется богатым культурным словарём, накопленным прошлыми поколениями, и вдохновенно работает с центонами. Центонам, скажем, посвящён целый раздел книги «Несовершенный вид», который так изящно и называется – «Список литературы». В нём упомянуты, прямо ли, косвенно или обыграны аллюзиями Гумилёв, Кафка, Тютчев, Мандельштам, Цветаева, Хармс, Пушкин, Лермонтов, два однофамильца – Георгий Иванов и Вячеслав Иванов (оба с ударением на «а», хотя у Колчева оно нарочно поставлено в разных местах – «жил-был некий господин иванов иванов…»), Заболоцкий, Фет, Хлебников, Бродский, вся «барачная школа» и безликая армада «советских композиторов» и советских же поэтов-песенников. Стихотворение, «лидирующее» по количеству аллюзий и центонов, пожалуй, вот это:

* * *
квадратный зелёный и плоский
земной усмехается шар
пока николай заболоцкий
поёт про царицу тамар

…так! ныне горнист большеротый
замёрзши свистит в кулачок
торгуя фальшивые ноты
на водочку и табачок

…отмычка но что тебе в этом
когда тарарахнет пинь-пинь…

А наиболее совершенна, по мне, из этой серии «деревенская идиллия»:

расцвёл сапгирник на пригорке
в усадьбе госпожи холин
случились нынче у егорки
хандра бессонница и сплин

он мочится за остановкой
некрасы хмурый небо как
видать шагать за сатуновкой
потом к приятелю в барак…

Самое приятное, что за всей этой игрой давно сказанными словами, давно «похороненными» фамилиями, чувствуется глубокое уважение, если не благоговение Колчева перед всеми поэтическими школами и одарёнными одиночками, оставившими ему такое богатое и красивое литературное наследство.
Алексей Колчев умеет создавать новые слова, в том числе из «застолблённых» в поэзии – «вывеска веломир убещурится велимиром», «жжезнь», «бодряга», «слегка соприкасаясь брюкавами», но данное словотворчество для него не самоцель, и даже, создаётся впечатление, оно не всегда доставляет самому автору удовольствие. Самоцель этого поэта извечна – показывать мир во всём его многообразии и людей в этом мире. Надо признать, что поэтический мир Алексея Колчева весьма грустен и пессимистичен. В нём действуют «рязанская мадонна» (устойчивое рязанское словосочетание, «вывернутое» Колчевым наизнанку), спивающаяся от того, что умер сын, а дома шестнадцать кошек; «два инвалида у ларька», ведущие меж собой похабную беседу; «незлобивый пьяница Кузьма Коноплев», убитый на кухне собственным сыном и похороненный соседями; «дурочка на качелях», ученица интерната для умственно отсталых детей; ругающиеся глухонемые; старик, копающийся в помойке, и прохожие «старик со старухой», опирающиеся на клюки… Не правда ли, это до боли знакомые и узнаваемые типажи? Поэт их не выдумал, а описал. В отражении поэтического творчества все эти несчастные делаются прекрасными, ибо они – люди! Человек интересен человеку – таким представляется мне творческое кредо Алексея Колчева. Не новое кредо? Да, пожалуй, но, как сказал один «традиционалист» в переводе другого, «Всё то же солнце ходит надо мной, но и оно не блещет новизной».
Лирика Алексея Колчева берёт за душу неожиданностью взгляда на такие, казалось бы, привычные детали городского быта:

куплю в магазине у дома
лапшу и батон нарезной
мне улица эта знакома
плывущая в полдень и зной

знакомы деревья и лица
и даже когда я умру
мне улица эта приснится
плывущая в сон и жару

И, конечно, не проходит автор мимо Любви – чувства бессмертного (хотя и констатирует с горечью в одном стихотворении, что «теперь устроен мир иначе / забыты разные люблю»). И всё-таки автор верит (и читателя призывает к тому!) в её силу и красоту.

любезен всем любви и нег наркоз
хотя и в нём лишь химия и проза
звенит будильник опадает роза
прекраснейшая из ширазских роз

Да, в стихах Алексея Колчева мало красивостей – зато в них много правды жизни. Но нет худа без добра: только на таком фоне убедительно звучит гуманистический посыл, суть мировоззрения этого поэта.

мир нуждается
в спасении
от распада

давай играть
в скорую помощь
скорее

Но, как бы ни хотелось остановить этот обзор на оптимистической ноте высокогуманной «игры в скорую помощь», не могу умолчать о том, что лучшее стихотворение в книге «Частный случай», на мой взгляд, – это:

* * *
синенький скромный совочек
брошен на кучке песка
бывший бандит и налётчик
песню поёт про ЧК

горькая выпала доля
с детских годков пареньку
тянет зарезаться что ли
то ли висеть на суку

тропка через бугорочек
тянется наискосок
синенький детский совочек
бурый могильный песок.

Лучшие стихи Алексея Колчева отчётливо и неотвязно склоняют тему смерти. Она доминирует над всеми прочими мотивами. Противоборство Эроса и Танатоса – известный и давний двигатель искусства, как и жизни в целом. Но в поэтическом мире Алексея Колчева Танатос одолевает Эроса играючи (отсюда и обострённость рефлексии, и депрессивность). Во второй книге, «Несовершенный вид», это становится особенно заметно (как и было сказано выше, путь раньше нащупывался – а теперь выбран и освещён) – именно к этой «суровости» я обещала вернуться и вернулась. Да, вторая книга Алексея Колчева жесточе и страшнее первой… но тенденция ли это, или совпадение, станет понятнее после выхода третьей книги. Вообще же «убийственное» содержание и упадническое мироощущение не считается грехом для поэзии. Скорее, нормой. Особенно если сопряжено с техническим совершенством. А у Колчева, к счастью, даже страшные стихи порой выглядят иронично (как небольшая баллада о капитане-лётчике Полубабе, герое войны, который пять лет ходит из могилы судиться с бюрократами, не заплатившими ему боевых).
В «Несовершенном виде» поэтическое мастерство Колчева поднимается на уровень, когда оно уже как будто и не нужно, отчего то и дело сознательно отбрасываются всякие нормы и правила (ритмика то и дело сбивается, будто в насмешку, половина знаков препинания отсеяна из стихов, как мякина, и пр.). В первой книге он себе это позволял редко, во второй – систематически. Настроившись на эту волну, Алексей Колчев совершает то же поэтическое открытие, что и поэт Евгений Карасев. О нём мы уже не раз говорили в нашей рубрике, однако самое первое упоминание содержится в самом первом моём обзоре («Арион» № 3 – 2009), где подробно рассматривается статья Максима Амелина «Другой. О поэтике Евгения Карасева». Основной особенностью поэтики этого самобытного в хорошем смысле слова поэта Амелин считает «взаимосвязь внутренних созвучий, охватывающую все пространство стиха, завершающегося рифмой… целую систему внутренних зеркал и линз, призванных собрать из разрозненных звуков и усилить рифму!». У Алексея Колчева тоже есть внутренние «зеркальные» рифмы:

* * *
между вишен и черешен
человек висит повешен
он по имени семён
чёрный жук сидит на нём

* * *
умерла елена
похоронили

забвение
как измена

начинается постепенно

с разбора писем
с уборки пыли


* * *
многие любят рогалик
некоторые – линор горалик

умирают и те и другие
и остальные все…

Кстати, попутно и без какой-либо подтасовки с моей стороны подбор этих цитат иллюстрирует полную и безоговорочную победу Танатоса в стихах Алексея Колчева. Но это «замечание в скобках», а за скобками – едва ли не более интересная, чем «внутренние линзы-зеркала», поэтическая особенность Колчева: употребление рифм, которые воспринимаются лишь визуально, а не на слух (или вовсе прочитаны быть не могут):

…что вы теперь там пишете
слышите
отвечаете
моей нищете

или

я ничего кроме
горсти земли крови
нескольких звуков вроде
ы ъ ь

Надеюсь, сегодняшняя поэтическая новинка порадовала читателей так же, как меня порадовали две книги Алексея Колчева.

Культурная среда
Бельские просторы подписка 2017 3.jpg
Подписывайтесь на бумажную и электронную версии журнала! Все можно сделать, не выходя из дома - просто нажимайте здесь!
Октября 28, 2016 Читать далее...


ги.jpg Гали Ибрагимов
Шакур Рашит.jpg Рашит Шакур
chvanov.jpg Михаил Чванов
максим васильев.jpg Максим Васильев
Тимиршин.jpg Радиф Тимершин
Kazerik.jpg Георгий Кацерик
bochenkov.jpg Виктор Боченков
Ломова.jpg Юлия Ломова


Все новости

О нас пишут

Наши друзья

логотип радио.jpg

Гипертекст  

Рампа

Ашкадар



корупция.jpg



Телефоны доверия
ФСБ России: 8 (495)_ 224-22-22
МВД России: 8 (495)_ 237-75-85
ГУ МВД РФ по ПФО: 8 (2121)_ 38-28-18
МВД по РБ: 8 (347)_ 128. с моб. 128
МЧС России поРБ: 8 (347)_ 233-9999



GISMETEO: Погода
Создание сайта - «Интернет Технологии»
При цитировании документа ссылка на сайт с указанием автора обязательна. Полное заимствование документа является нарушением российского и международного законодательства и возможно только с согласия редакции.