Учредитель: Правительство Республики Башкортостан
Соучредитель: Союз писателей Республики Башкортостан

ЕЖЕМЕСЯЧНЫЙ ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКИЙ ЛИТЕРАТУРНО-ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ЖУРНАЛ
Издается с декабря 1998
Прямая речь

Тайная музыка невозможного

…Когда-то я пытался убить в себе сочинительство, чтобы жить как все нормальные люди. Заставлял себя не сочинять, но через некоторое время стихи просто произносились. Потом махнул рукой, приняв это как пожизненную неизбежность, как свой крест. И только теперь, когда лучшая часть жизни позади, с отчётливой, щемящей болью сознаю, что это всё-таки то самое дело, которое действительно люблю и единственно по причине которого и стоит хотя бы терпеть меня на этой Земле…

Станислав Петрович Шалухин (1952–2002) родился в Уфе. Работал преподавателем, журналистом. Последнее место работы – редактор отдела поэзии журнала «Бельские просторы»



Читать далее...

Уголок журнала

Из картинной галереи
Домик на окраине. 1997
Домик на окраине. 1997 Рифхат Арсланов
Лен. 1976. Акварель
Лен. 1976. Акварель Эрнст Саитов
7. Синтетика, Аэрофлот.jpg
7. Синтетика, Аэрофлот.jpg
Мистерия Russia. Серия Парафразы.jpg
Мистерия Russia. Серия Парафразы.jpg

Публикации
Сафронова Елена Валентиновна (http://magazines.russ.ru/authors/s/safronova/) родилась в 1973 г. Живет в Рязани. Окончила Историко-архивный институт Российского государственного гуманитарного университета в Москве. Прозаик, критик, постоянный автор "толстых" литературных журналов. Член Союза российских писателей,  Союза Писателей Москвы и Союза журналистов России.

Повесть о гении-злодее. Ответы на вопросы Ольги Пономаревой

№ 9 (178) Сентябрь, 2013 г.

Книги на злобу дня умирают вместе со злободневностью.

Вольтер

 

 

Прозу авторов, работающих журналистами, как правило, всегда узнаёшь. Она обычно остросоциальна и «бьёт» по каким-то знаковым явлениям современности. Вот свежий пример: новая повесть Елены Сафроновой «Всё время вперёд!» (опубликована в журнале «Юность» № 6 за 2013 год). Елена Сафронова известна как литературный критик, книжный рецензент и публицист (см. её работы в «Журнальном зале», «Независимой газете – Экслибрис», «Литературной России» и пр.). Но в городе, где постоянно живёт Елена, в Рязани, она прежде всего журналистка – культурный обозреватель информационного агентства «7 новостей» и областной газеты «Рязанские ведомости». На поприще рязанской журналистики мы с Еленой и познакомились. Но сегодняшнее интервью – это не беседа двух журналистов, а разговор читателя с писателем о его новой опубликованной вещи.

«Всё время вперёд» – это сатирическая фантасмагория о человеке, который строит научную карьеру на «саморекламе» и манипуляции окружающими. Его останавливают, лишь когда он влез в большую политику…

Я долго смеялась, когда увидела имя протагониста повести «Всё время вперёд!». Остроумное решение – соединить фамилии итальянских художников эпохи Возрождения и выдать этого Перуджино Бенвенутти за итальянского философа того времени. Но и сам прототип этого «великого гуманиста» был человеком остроумным, этаким Остапом Бендером своей эпохи. Недаром его судьба не давала покоя Броне Бареткину – главному герою повести.

Всё это очень злободневно – но не пропадёт ли актуальность повести со сменой обстановки?.. Не боится ли этого автор? Вот о чём я хотела расспросить у Елены – но получилось, что вопросы вышли за рамки задумки.

 

О благородстве неблагодарности

 

О. П. – Елена, как пришла вам такая идея – придумать несуществующий персонаж со звучными именами существовавших деятелей искусства?

Е.С. – Я просто сфабриковала более-менее итальянское имя без оглядок на художников. У изображённого в повести средневекового учёного есть прототип – существовал философ с биографией, похожей на «бенвенутьевскую». Правда, на самом деле алхимией он не увлекался, но выдавал свои рукописи за труды древних мыслителей, продавая их за огромные деньги. Это был его «бизнес». При этом он работал над созданием этической концепции, которая, по мнению его современного последователя Бронислава Бареткина, попросту – Брони, намного опережает своё время.

О. П. – Авантюрист всегда герой рыночного времени, такого, как наше. Даже не знаешь, кто из них современнее – Броня или его идол. Но в любом случае Остап Бендер живёт и побеждает.

Е.С. – Только Ильф и Петров своего героя любили, и на нём это сказалось. Для меня Бендер скорее Робин Гуд – это какая-то наивность в авантюрах, романтика, артистизм. Способы отъёма денег у него сравнительно варварские, но честные. Что касается авантюриста Брони, то я скорее такой тип «не перевариваю». Даже действия «гуманиста» Перуджино можно объяснить – времена не выбирают, жестокая эпоха заставляла его быть хитрым и вёртким. Но Броня... Буду рада, если повесть утратит злободневность с исчезновением «Бронь».

О. П. – Вы в очередной раз утверждаете, что гений и злодейство – две вещи несовместные?

Е.С. – Да, хотелось понять, как в человеке может сочетаться культура, образованность, духовные поиски с ничтожностью натуры; внешняя интеллигентность и исключительная моральная и духовная нищета. Об этом можно рассуждать бесконечно. В частности, написав «Всё время вперёд!», я по-прежнему не понимаю ничего, кроме того, что такие персонажи – социальный факт, с которым приходится считаться.

О. П. – Как в «Жителях ноосферы», опубликованных в 2007 году в «Урале», где вы исследовали, как талант сочетается с низостью натуры?

Е.С. – «Жители ноосферы» задумывались как трагическая вещь. Это никакое не исследование. Исследование – элемент научной деятельности, а художественная литература – это поиск сопереживания, если упрощённо. Естественно, не в прямом смысле «сочувствия», а в более широком понимании – отклика, волнения, даже противоречия читателя. А я, возможно, искала единомышленников – тех, кто бы согласился со мной, что талант сочетается с низостью, тех, кто не побоялся бы озвучить этот «секрет Полишинеля». Пусть этот роман написан в ироническом ключе – просто мне так легче, это защита от болевых чувств, которые возникают неизбежно, если задуматься о человеческой деградации. В основе повести лежат печальные опыты многих «упавших в эту бездну», так что это не совсем сатира. В полном варианте повести, не опубликованном, но стоившем мне трёх лет упорного труда, изображено и посмертное бытие поэтов в ноосфере – они и там сохранили свои земные качества.

О. П. – На мой взгляд, вы не выносите окончательного приговора своим героям. Вот в «Жителях ноосферы» поэт читает стихи о сыне, которому не может оказать реальную помощь, – стихи настоящие, и, хотя героиня, выражающая авторскую позицию, его осуждает, мне хочется его оправдать.

Е.С. – А для меня это ещё один штрих к портрету мерзости. Не могу так спокойно относиться к подобным явлениям – когда «откупаются» от дела тем, что пишут трогательные стихи (песни, картины, etc.). Там ситуация описана, когда от поэта ждали не стихов, а отцовской заботы. Если я не дам моральную оценку некоему поступку, то в чём-то очень сильно потеряю. Когда оцениваю, начинаю переживать, прилагаю свои чувства, эмоции. «Что без страданий жизнь поэта? И что без бури океан?» – в основе же моей творческой и критической деятельности рефлексия, художественная и человеческая. Одна связана с культурным кодом, с эстетикой, а другая – с человеческим кодексом. Вот Броня, герой новой повести, свою жизнь обдумывает.

О. П. – Подобный Броне персонаж вам тоже хорошо знаком.

Е.С. – Да и не мне одной! В обоих моих крупных произведениях есть реальная жизненная основа. В частности, современные «типажи». И вопрос, в сущности, один: как могут существовать такие персонажи? И поэты считают себя людьми особой духовной страты, и интеллектуалы уверены, что они имеют особое право жить по-своему, презирая нормы закона и морали, так как это удел убогих...

О. П. – Наверное, с точки зрения психологии и ответ тоже один: проблемы с умением человека действовать на благо людей, учитывая их интересы, соблюдая баланс между их и своими целями. Поведение тех, кто лишён этого качества, далеко от здравого смысла. Вот, например, учёный Броня практически сочиняет за Перуджино трактаты о благородстве и благодарности.

Е.С. – Только люди такого склада благородство увязывают с тем, что все должны оценить их по достоинству, мирволить к ним, а благодарность – это то, что люди должны к ним нести в клювике. Такой характер встречался во все времена. Подобные люди ждут благородного отношения к себе, а сами изыскивают для себя оправдания, почему они к другим так же не относятся. То есть живут двойными стандартами.

О. П. – Но поголовно завоёвывать Москву люди стремились не всегда, это уже современная тенденция.

Е.С. – Ну да, в этом смысле Броня герой своего времени. В столице больше возможностей для реализации, а Броня, мягко говоря, амбициозен.

 

Кто виноват?

 

О. П. – В повести есть и ещё один герой – это ложь.

Е.С. – Действительно, это то, на чём стоит Броня Бареткин. Для него важен вопрос позиционирования. Но что такое самопозиционирование, как не эвфемизм, обозначающий ложь?

О. П. – В том, что он такой лжец, видимо, повинна и его семья, и всё общество.

Е.С. – Но его папу и маму мы не видим в образе лжецов. Наоборот, папа вечно ляпает, что на ум взбредёт, и не выбирает выражений, общаясь с сыном Броней…

О. П. – Разве? А как папа устроил маму на более статусную работу, а как он помог защитить Броне диссертацию?

Е.С. – Это, в их глазах, скорее умение жить, строить карьеру.

О. П. – И это умение основано на лжи.

Е.С. – Ну, в общем, да. Но папа с мамой как носители идеи лжи и «самопозиционирования» мало изображены. Если бы эту тему развивать, получился бы целый роман.

О. П. – Кроме семьи, тут ещё и помешанное на позиционировании время. Щедрое финансирование безумных проектов, всеобщая беспринципность и недоверие, неожиданные пиар-ходы. И соответствующие герои – Гриша с Севой ну очень колоритные персонажи. Но как вы угадали актуальные явления? Например, как в повести появилась популярная сейчас тема липовых диссертаций?

Е.С. – Она была с самого начала, а замысел повести появился в 2005 году. Диссертация Бареткина не «липовая», не списанная и не купленная – подлинная, никому не нужная, зато усиленно «раскручиваемая» её автором. Навязать всем свой стиль мыслей и жизни – основа образа Брони.

О. П. – Да, он помешан на Бенвенутти, и мне Броню к концу повести стало очень жаль. Эта его зацикленность, бредовые идеи...

Е.С. – У него такое огромное раздутое я, это такой аэростат на тоненьких ножках, отрывающийся от земли. Он даже не хочет себя удерживать.

О. П. – Его финальное раздвоение, превращение в Бенвенутти – не слишком ли это «жестоко»?

Е.С. – Но всё искупается последней фразой трактата – он хочет, чтобы ему заплатили.

О. П. – Как у автора, у вас к нему определённое отношение. А почему в «Юности» повесть презентовали как «последний осколок постмодернизма»? Герои и тенденции нашего времени здесь очень узнаваемы.

Е.С. – Видимо, слишком много авторской воли в изображении Бареткина. Ну и культурные аллюзии, действительно, щедро рассыпанные по тексту (а как без них, если повесть неисправимо «интеллигентская»?), «виноваты».

О. П. – А бывает, что герой ведёт себя не так, как вы предсказывали?

Е.С. – Чтобы как пушкинская Татьяна, которая «удрала» с ним, с Пушкиным, «штуку»? Думаю, логика характера такова, что нет ничего нелогичнее, чем поступки человека. У Цвейга об этом рассказ «Двадцать четыре часа из жизни женщины» – как человек делает то, чего от него не ожидали. Так что неожиданные поступки моих героев для меня не сюрпризы, а проявления характера.

О. П. – У вас последовательно выписана растущая неадекватность Брони, его зацикленность, бредовые идеи. Так что испытываю к нему скорее не осуждение, а жалость.

Е.С. – Виноват или не виноват больной человек в том, что творит непотребное? Чтобы ответить на этот вопрос, нужно ещё одну повесть написать. До истины не докопаюсь, ясно, и тогда, но хоть сформулирую свои мысли…

О. П. – Достоевский в «Преступлении…» отчасти отвечает, что виноват. И спорит с героем, но не судит его.

Е.С. – Думаю, что в Раскольникове очень много самого Достоевского – потому и не судит. И вообще, читать этот роман в 9-м классе – это и преступление, и наказание. Отвращает от Достоевского напрочь. В этом возрасте больше подойдут «Бедные люди», «Неточка Незванова», «Дядюшкин сон». А «Преступление и наказание» в 16 лет чаще всего заставляет понять не то, виноват ли Раскольников – к тому же Раскольников, в отличие от Свидригайлова, допустим, психически здоров, если и «болен», то нравственно, – а то, что одни «дураки» заставляют читать другого «дурака», то бишь Достоевского. И, чтобы жить нормально и тоже не свихнуться, лучше не читать его больше никогда!

 

Условия безопасности

 

О. П. – Повесть опубликована в журнале «Юность», где рядом с ней ещё ряд крупных вещей. Как и прежде, толстые журналы ныне знакомят с основными тенденциями литературы. А что в их политике и вообще журнальном «поле» изменилось?

Е.С. – Сейчас появилось много новых журналов, каждый из них со своей концепцией. Одни – площадка для авангарда, поэтического или прозаического. Есть и сугубо традиционные почвенные журналы. То есть если раньше Даниэль с Синявским не могли опубликоваться по идеологическим соображениям, то сейчас такой проблемы нет – не возьмут в одном журнале, возьмут в другом. Мне кажется, если что изменилось в толстых журналах, то это количественный охват литературы. При таком числе толстых журналов со своей «нишей» почти все желающие публиковаться авторы печатают свои произведения. Может, было бы лучше, чтобы журналов было поменьше, но они были бы более «всеохватны».

О. П. – К этому может привести здоровая конкуренция?

Е.С. – Вряд ли. Сейчас журналы не находятся в равных условиях. Кто-то на государственные дотации существует, а кто-то на региональные, как уфимские «Бельские просторы». Кто-то на спонсорские деньги, допустим, какого-либо издательства, на средства некоего бизнес-проекта. А некоторые скидываются и на свои средства в сети издают журнал. Чаще всего позиция издателей «рулит». И всё же, на мой взгляд, журнал на частной дотации выглядит странно, потому что это всё-таки культура... может, это убеждение я вынесла из страны социализма. Но если декларируют, что культура – фундамент национальной безопасности, так нужно эту безопасность и обеспечивать. Всё же солидные, известные с советских времён журналы, такие, как «Огонёк», где нет литературной специфики, но порой появляются классные статьи о литературе и других видах искусства, реклама не украшает – впрочем, как и фильмы.

О. П. – А может, хорошо, что литературных журналов много – это ли не лучшее доказательство популярности литературы?

Е.С. – «Не прислоняться», «Не курить», «Закрыто на обед» – каждый день мы читаем эти и прочие утилитарные фразы, которые позволяют нам ориентироваться в пространстве и времени. И этим же органом зрения воспринимаем и возвышенную литературу – к этому нас привела теория эволюции. В этом есть равновесие, это мудрый физиологический процесс. Это означает, что даже люди, которые всё воспринимают утилитарно, не могут обойтись без чтения – значит, для них тоже где-то написана книга. Для каждого в этом мире есть своё чтение.

 

Беседовала Ольга Пономарёва

 


Культурная среда
Бельские просторы подписка 2017 3.jpg
Подписывайтесь на бумажную и электронную версии журнала! Все можно сделать, не выходя из дома - просто нажимайте здесь!
Октября 28, 2016 Читать далее...


ги.jpg Гали Ибрагимов
Шакур Рашит.jpg Рашит Шакур
chvanov.jpg Михаил Чванов
максим васильев.jpg Максим Васильев
Тимиршин.jpg Радиф Тимершин
Kazerik.jpg Георгий Кацерик
bochenkov.jpg Виктор Боченков
Ломова.jpg Юлия Ломова


Все новости

О нас пишут

Наши друзья

логотип радио.jpg

Гипертекст  

Рампа

Ашкадар



корупция.jpg



Телефоны доверия
ФСБ России: 8 (495)_ 224-22-22
МВД России: 8 (495)_ 237-75-85
ГУ МВД РФ по ПФО: 8 (2121)_ 38-28-18
МВД по РБ: 8 (347)_ 128. с моб. 128
МЧС России поРБ: 8 (347)_ 233-9999



GISMETEO: Погода
Создание сайта - «Интернет Технологии»
При цитировании документа ссылка на сайт с указанием автора обязательна. Полное заимствование документа является нарушением российского и международного законодательства и возможно только с согласия редакции.