Учредитель: Правительство Республики Башкортостан
Соучредитель: Союз писателей Республики Башкортостан

ЕЖЕМЕСЯЧНЫЙ ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКИЙ ЛИТЕРАТУРНО-ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ЖУРНАЛ
Издается с декабря 1998
Прямая речь

25 октября в Уфе у памятника Зайнаб Биишевой (пр. Октября 4) в 12-00 жюри конкурса объявит победителя IХ Республиканского конкурса поэтического перевода им. М. Гафурова и подведет итоги народного голосования, которое пройдет в группе журнала "Бельские просторы" в Вконтакте.

Шорт-лист IХ Республиканского конкурса поэтического перевода им. М. Гафурова:

1.     Абдразяков Валерий, г. Октябрьский

2.     Андрианова-Книга Кристина, г. Уфа

3.     Гильмутдинова Лейсан, с. Кушнаренково

4.     Колоколова Любовь, г. Уфа

5.     Краснощёков Николай, г. Салават

6.     Чарина Марина, с. Большеустьикинское

7.     Шилкин Сергей, г. Салават

Переводы всех финалистов даны ниже.



Читать далее...

Уголок журнала

Из картинной галереи
Прощание с Юлаем. 1998-01
Прощание с Юлаем. 1998-01 А. М. Мазитов
Ловушка. Офорт (1996)
Ловушка. Офорт (1996) Игорь Тонконогий
Мост через р. Сим. 575 верста
Мост через р. Сим. 575 верста
Полнолуние. Офорт (1996)
Полнолуние. Офорт (1996) Игорь Тонконогий

Публикации
Сафронова Елена Валентиновна (http://magazines.russ.ru/authors/s/safronova/) родилась в 1973 г. Живет в Рязани. Окончила Историко-архивный институт Российского государственного гуманитарного университета в Москве. Прозаик, критик, постоянный автор "толстых" литературных журналов. Член Союза российских писателей,  Союза Писателей Москвы и Союза журналистов России.

Поэзия: что нового?


С зоилом спорить не пристало

Любимцу ветреных харит.

И. Иртеньев


«Воздух», № 4 – 2010

Новый журнал «Воздух»!

Скачок воистину межгалактического масштаба. «Крайний» раз я обозревала первый номер журнала «Воздух» за 2010 год («Бельские просторы», № 12 – 2010). И вот перед нами обзор уже четвертого прошлогоднего номера!..

Как это вышло? Довольно сложно, нечто из области счастливых совпадений. Обновлений на сайте «Новой литературной карты России» в подразделе «Воздуха» давно не было (http://www.litkarta.ru/projects/vozdukh/). А именно отсюда я обычно беру выпуски журналов. Но на сей раз передо мной бумажная журнальная книжка. Благодаря тому, что в № 4 – 2010 помещена большая подборка рязанских авторов (в рубрике «Откуда повеяло») и 2 апреля сего года в Рязани состоялась презентация этого номера. И мне достался экземпляр…

Так что не удивляйтесь, когда после № 4 увидите обзор №№ 2–3 за прошлый год. Если, конечно, на сайт выложат эти выпуски.

Должна признаться, что я не очень люблю журнал «Воздух». Читаю его больше из профессиональной обязанности, нежели из читательского интереса, и все время отмечаю, что мы с его авторами и редколлегией не совпадаем в душевных и творческих рефлексиях. Но мое осторожное отчуждение – еще цветочки по сравнению с иными «антипочитателями» «Воздуха». За первый свой обзор этого журнала я схлопотала от одного ЖЖ-комментатора ядовитый упрек в «образцовом вылизывании» и «слюнявом восторге». Долго недоумевала, что я написала такого подобострастного. Не додумалась сама, спросила у комментатора. Выяснилось, что примеры моего восторга он привести не может (правильно – потому что их в тексте не было), но для него поразительна, если не невыносима сама мысль о том, что можно это обсуждать как поэзию, а этих (в смысле – авторов) – как нормальных людей. Уж не буду говорить, чему мой собеседник уподобил «воздух», которым дышат «воздушные» авторы. Вон оно  как бывает…

Но прецедентом антагонизма, разумеется, я руководствоваться не буду. Тем более что № 4 – 2010 меня порадовал своими «козырными» рубриками «Кислород» и «Глубоко вдохнуть»: в них представляется Виталий Кальпиди. И ему объясняется в любви Наталия Черных. А также Линор Горалик (в интервью), Сергей Круглов, Евгения Изварина, Елена Сунцова, Вадим Месяц (в отзывах).

Виталий Кальпиди как личность – явление загадочное, скорее одиозное, нежели объективное: многие о нем говорят, но немногие его видели, тем паче беседовали с ним. Кальпиди живет в Челябинске, что дает право Наталии Черных называть его Уральским хребтом современной поэзии. «Водоразделом». Но то, что это большой поэт, блестящий поэт, почти гениальный поэт, – не «вроде», а так и есть. Наталия Черных запомнила его с публикации в «Юности» в 1988 году:

 

*  *  *

       Памяти Андрея Тарковского

И что кроты – наследие Гомера,

и норы их длинней, чем Илиада, –

такой расклад, поверь мне, не химера,

хотя на слово верить мне не надо.

Убитый снег упал лицом на поле.

Кто был охотник, кто дуплетом бил,

кто говорил, что есть покой и воля.

Я это никогда не говорил.


Эссе Наталии Черных проникнуто – вот уж воистину – восторгом по отношению к его герою, поэту, и со многими ее тезисами насчет Кальпиди я соглашаюсь: «поэзия Кальпиди религиозна по сути и по форме»; «чрезмерно серьезен и все же открыт»; «Есть два Кальпиди: один слушающий, а один говорящий… решается на опыт бесконечного диалога»; «Как пишет Кальпиди – так писать… нельзя. Нельзя благородный звук античных преданий смешивать с хилым говорком малахольных семидесятников… Но ему, Кальпиди, можно»; «Миф? Уральская поэтическая школа?». О поэтических школах в провинциях России – разговор особый, но журнал «Воздух» своей региональной рубрикой регулярно доказывает существование неких духовно-культурно-поэтических общностей, энергетически завязанных на идейно-эстетическом центре. «Кальпиди – представитель провинциальной неофициальной культуры… Стихи Кальпиди – квинтэссенция неофициальной культуры». С одним лишь посылом Черных я хочу поспорить: «Поэт с таким изощренным слухом мог бы писать сложнейшие верлибры, но почему-то этого не делает». Извините, но на черта сегодня писать верлибры, когда их засилье, – ныне, коль хочешь выделиться, не надо писать верлибры, чтобы не потеряться даже на грубом уровне первого восприятия. Надо писать такие вот «практически гениальные» рифмованные строки необыкновенной поэтичности:

 

Живи теперь со мной.

Ты больше не помеха

моей любви к тебе.

Возьми зубную нить,

шмеля к ней привяжи

и пчёлам на потеху

до ангела его попробуй раскормить.

 

Да, и еще мне слегка удивительно, почему, ища художественную «предтечу» Кальпиди и перебирая значимые для русской поэзии имена – Красовицкий, Шварц, Соснора, Кривулин, Наталия Черных не оглядывается чуть дальше и не улавливает «знакомый ветер» Осипа Мандельштама, небесного покровителя всего журнала «Воздух». А кто, как не он, трагической тенью маячит в строчках о шмеле? А здесь вот, в жонглировании божественными числительными: «Четвёртая сирень, а третьей не бывает. / Растущий в небе лес не делится на пять».

 

Нашедший трёх богов

четвёртому предписан,

пока четвёртый бог, играя в небеса,

числом до трёх колец

обуженный нанизан

на женщину шмелей по имени оса.

 

Вспоминается великое: «Не три свечи горели, а три встречи…» – и далее по тексту…

Мне жаль расставаться с блистательной подборкой Виталия Кальпиди, но он ведь сам предупредил: «И говорить об этом мне не надо…» А впереди еще весь номер журнала. Хочу замедлить шаг лишь на интервью Кальпиди с Линор Горалик. Не знаю, как этот тандем записывал интервью (ведь Кальпиди – человек-миф!). Сам ли он писал, диктовал ли Горалик – но в интервью Кальпиди его прямая речь показалась мне хуже, чем в стихах. Возможно, дело в том, что он не отвлекся от своей манеры поэтического «разговора», но те парадоксы и эквилибры, что хороши в стихах, не всегда соответствуют задаче исповедальности и самоидентификации. Ненужным кокетством отдают, например, строки: «Все, что я мог сказать, я сказал уже лет пятнадцать тому назад. Сейчас… я записываю то, чего не хотел сказать. Возможно, мне повезет, и я смогу сказать то, что не мог сказать в принципе…»

Интересный, впрочем, момент – о регионалистике: «Когда вот уже третье поколение местных поэтов (речь идет об Урале. – Е. С.) то и дело заявляет, что никакой уральской поэзии нет, что это сконструированная выдумка вашего покорного слуги, то они, разумеется, правы… Но если еще и следующее поколение начнет утверждать подобное, то им уже никто не поверит. А вот по существу: быть уральским/вятским/краснотурьинским… поэтом – это аскеза. Это – самоограничение».

Лично я – за такой подход обеими руками. Ни родственными узами, ни привязанностью к земле своего рождения, ни – даже – святостью для поэта фигуры первого учителя не исчерпывается широта предназначения творца для мира сего.

И чем «глубже» в номер «Воздуха», тем дальше, на мой взгляд, от «красивых лаконичных словесных формул» (определение Евгении Извариной) Виталия Кальпиди, камертона, по-моему, данного номера, отходит поэзия. Если «во первых строках» поэтической рубрики «Дышать» еще мелькают какие-то «отголоски» Кальпиди: «Ты впишешься в контрольный промежуток / в пустом рассветном аэропорту, / как в деревянный некогда рисунок – / припомни декорацию-мечту» (Катя Капович) или «…часовые сдвинуты пояса, / эскадрильи прапорщик Востряков / на рабочем месте в цветных трусах / спит лицом в штурвал – и ему легко» (Сергей Ивкин), то дальше все больше «потока сознания», зафиксированного порой с помощью не только звуковых, но и визуальных закономерностей, особенностей расположения слова на листе. Как, скажем, у Наталии Азаровой («дух прикорнул задремал / вздох духа выдох духа / каникулы духа / движеньем промежутков – / и задохнулся / лежит бездыханный дух»). Или у Станислава Бельского («прописные / остатки ночи / яблони в собственном / цвету / никто не спросит билет / притворство / идёт на пользу / оно стройнит»).

Конечно, партитура звучания таких текстов тоже несет нечто новое об устройстве того мироздания, где живут и дышат «ворованным воздухом», и все же… какое-то оное мироздание чрезмерно условное. Словно гомункула. Да еще и в пробирке. Фагоцитозно-прожорливые верлибры Георгия Генниса («Они жевали вскрытую вату как плод / утоляющий жажду»), «гидравлическая» подборка Александра Мещерякова «Мы жили у воды», «патология эмоциональной сферы» Бориса Херсонского – два стихотворения на хорошем уровне («а как вернулся из тюрьмы так и лёг в кровать и в белую стену серым лицом» и «Я ветхий леший. К ветке припав, смотрю, как санитары леса, ноздря в ноздрю, уходят через овражек к ближнему монастырю»), остальные – фоном. Притом стихи все разрастаются в объеме. С ростом текстов расплывается и форма. Скажем, мне было трудновато уловить концептуальные различия между «прозой на грани стиха» Никиты Янева («Юродствовать общину», современные хармсоиды) и гигантскими повествовательными верлибрами – с должной долей абсурда и психоанализа – Александра Ханеке «Следующий фильм Ханеке». Вообще интеграционных жанров – прозы на грани стиха, стихов, мутирующих в прозу, прозы, трансформирующейся в фантасмагорию (Андрей Равик, «Котлован»), и т. п. – в этом номере очень много. Заметно отчетливое тяготение к сюжетным, информационно-богатым рассказам – в разных жанровых обличьях. Взять «Тривиальное стихотворение о пьесе» Фаины Гримберг. По сути, это кентавр замыслов: альтернативно-историческая фантазия о русском происхождении Вильяма нашего – теперь уж в полном смысле! – Шекспира, начатая с вольного пересказа новеллы О. Уайльда «Портрет господина У. Г.», продолженная пышным ассоциативным шлейфом, который вызывает у автора пьеса «Гамлет», со вкраплениями из пьесы и попытками новых, постсценических гамлетовских стихов… Взять стихотворную повесть (весьма грубо – разумеется, нарочно, – ритмизованную, местами подогнанную под раешник) Бориса Шапиро «Экспресс Берлин – БыкОво». Взять «Главу из книги ”Огромная поэма Америка”» Андрея Полякова – саму немаленькую. В ней (посвященной, кстати, Борису Херсонскому) попадаются интересные эпизоды, в духе адресата посвящения:

 

вспомнить –

посмею,

а вот объяснить –

не смогу

чёрно-тающей ночью –

непременно танцующей ночью! –

на молочном от счастья снегу,

нет! –

на белом от Бога

снегу.

 

Но именно, на мой взгляд, попадаются. В целом в поэме заметна перегруженность образами и, как результат, распад ее художественной ткани на «нити» образов. Впрочем, в этом номере «Воздуха» поэтическую цельность демонстрирует наиболее зримо Виталий Кальпиди. Остальные авторы стихов, такое ощущение, наперегонки стремятся, чтобы их творения соответствовали фразе Никиты Сафонова из стихотворения «Техника упрощения: объекты»: «Ты оставляешь предметность здесь растворяться, / в этой словесности».

Выделяется еще какой-то глубинной, я бы сказала, инстинктивной поэтичностью печальная подборка Даниила Да. В ней встречается много всяких мерзостей бытия, как физического, так и ментального: инфернальные приветы («Облака плывут горбаты / И застенчивы слегка / Возвращаются из ада / Налегке, издалека», «скоро я уеду отсюда / говорит кому-то в аду иуда»), эсхатологические предчувствия («Революционер революционеру / Карбид в посылке послал и серу / В ответ посылает революционер / С пулей отравленной револьвер… А в небесах, сквозь небесные ямы / светятся розы, звучит фортепьяно / Что на пылающем фоне ракет / Видится нам как последний привет») и невозможность вырваться из серости даже на Плутон, где планетообразующее предприятие – 9-й завод железобетонных изделий. Поставила бы здесь грустный смайлик, да считаю смайлики приемом слишком пошлым для критики… Тем не менее стихи Даниила Да обращают на себя внимание. Так же, как и «социальная» лирика Анастасии Векшиной «В совершенно новой стране» и Андрея Гришаева «В оставленной смыслом стране», – если мне скажут, что эти две подборки случайно поставлены рядом, не поверю.

Кстати, о цельности. Рязанская рубрика «Откуда повеяло», в ее составе – Алексей Колчев, Сергей Свиридов, Евгений Калакин, Михаил Лёнюшкин, Юлия Грекова, Ольга Мельник, Елена Горшкова, Александр Пылькин, впе-чатления цельности, какого-то «геополитического» организма, не производит. Авторы абсолютно разные, ничем, кроме стремления к авангарду, не объединенные. Во время презентации «Воздуха» в Рязани мы побеседовали с Дмитрием Кузьминым, итогом чего стало краткое интервью для рязанского информационно-публицистического портала «Акценты» (http://www.7info.ru/index.php?ns=802&nl=0&ks=1302526196), – главный редактор «Воздуха» тоже не усматривает какой-либо централизующей силы для современных рязанских поэтов.

Симпатичны некоторые хайку лауреатов и финалистов третьего Всероссийского конкурса хайку: «вечерняя пробка / в зеркале заднего вида / бегущие облака» (Елена Шастина); «не перепутать бы / на детском рисунке / красавица и чудовище» (Павел Воронцов); «остановился / на пороге храма / зимний дождь» (Светлана Новицкая).

Но я упорно не могу понять, по каким критериям определяются победители этого конкурса. Ведь ни одно «русское» хайку не отвечает классическим требованиям жанра о количестве слогов в строках! Значит, речь идет о художественном совершенстве, – но тогда то же самое можно было бы сказать, не прибегая к сложной и непривычной для русского стихосложения форме…

Из публицистики показалась интересной статья Кирилла Корчагина в рубрике «Атмосферный фронт» – «Гальванизированный мелос. О новых стихах Сергея Завьялова» (петербургского поэта, переместившегося в Хельсинки, одну из столиц финно-угорского мира, столь важного для Завьялова). Не скрою, что для меня она была более любопытна в части отражения исторических обстоятельств, в которых развивалась финно-угорская культура (на примере мордовской), чем в части анализа собственно стихов Завьялова. Вероятно, историческое образование мне тут подгадило…

А вот в «диалоговом» «Вентиляторе» на сей раз решался довольно странный вопрос, раскладывающий на три наводящих вопроса отношения современной поэзии с более ранней традицией. Из опрошенных авторов – Дмитрий Веденяпин, Наталья Горбаневская, Мария Галина, Полина Барскова, Андрей Тавров, Дмитрий Григорьев, Федор Сваровский и др. – ближе всего, по-моему, к истине подошли те, кто сказал, что само понятие традиции не определено понятийно и смешивает поэтические школы, направления и авторские стили (Д. Веденяпин, Д. Григорьев). Что поэзия развивается как сложное и порой противоречивое взаимодействие различных поэтических традиций, а русское поэтическое поле без конца присваивает себе новые направления, становящиеся релевантными, без чего и поэзия невозможна (М. Галина).

Наверное, стоит воспринимать этот опрос как гимнастику ума, ответ на философскую загадку: «Что было раньше – курица или яйцо?» Нам, помнится, в Миархе преподаватель сказал: если хоть кто-то ответит на этот вопрос, всей группе зачет по философии автоматом ставлю… А ответ совсем простой: «Раньше было яйцо. Но произошло оно не от курицы».

Так и с традициями. Происходят они явно не от определений, данных отдельными, пусть даже очень хорошими, поэтами либо высоколобыми коллективами составителей словарей…


Культурная среда
Бельские просторы подписка 2017 3.jpg
Подписывайтесь на бумажную и электронную версии журнала! Все можно сделать, не выходя из дома - просто нажимайте здесь!
Октября 28, 2016 Читать далее...


PA195822.JPG
18 октября в Художественном музее им. М.В. Нестерова состоялась торжественная презентация альбома-каталога "Арт Уфа - 2015", созданный на грант главы Республики Башкортостан Рустема Хамитова. Автор-составитель каталога , искусствовед, заместитель директора БГХМ им. М.В. Нестерова по науке Светлана Игнатенко. Редакция журнала "Бельские просторы", чьи статьи были использованы при работе надо каталогом, была тоже награждена этой уникальной книгой.


Редакция журнала "Бельские просторы" встретилась в уютном здании ДДЮТ города Туймазы с учителями и библиотекарями района.
в Туймазах групповая.jpg
Салават Вахитов покоряет публику:
PA135875.JPG
Сергей Бекасов перехватывает инициативу:
PA135934.JPG
Ответное слово:
PA135872.JPG
И, конечно, автографы:
PA135947.JPG
Ну танцы, танцы, танцы...
PA135861.JPG
PA135842.JPG
PA135826.JPG
 

Все новости

О нас пишут

Наши друзья

логотип радио.jpg

Гипертекст  

Рампа

Ашкадар



корупция.jpg



Телефоны доверия
ФСБ России: 8 (495)_ 224-22-22
МВД России: 8 (495)_ 237-75-85
ГУ МВД РФ по ПФО: 8 (2121)_ 38-28-18
МВД по РБ: 8 (347)_ 128. с моб. 128
МЧС России поРБ: 8 (347)_ 233-9999



GISMETEO: Погода
Создание сайта - «Интернет Технологии»
При цитировании документа ссылка на сайт с указанием автора обязательна. Полное заимствование документа является нарушением российского и международного законодательства и возможно только с согласия редакции.