Редакционные байки. Взгляд изнутри

Из практики относительности

Преддверие 8 марта - сложные дни для мужской меньшевины нашей страны, и для сильной половины редакции «Заливных лугов» в частности. Все понимают, что этот праздник нужно пережить и пережить достойно – последнее требование как-то не согласуется с уровнем доходов. Поэтому проблема, чем порадовать и удивить, но при этом не подорвать личный бюджет начинает волновать сотрудников за неделю до события и достигает апогея в канун даты, окончательно парализуя волю, воображение и двигательную активность многих. Но естественно, ни истинных поэтов, тем более бардов.

Итак, 6 марта. Мужской коллектив редакции прибывает в ожидаемом оцепенении, и только зав. отделом поэзии, ощущает преддверие праздника. Помимо того, что именно ему, (а кому же еще!), доверено сочинить поздравление, организовать концертную программу, Леонид Станиславович – готовит главное блюдо – собственного засола форель.

Живи мы на Дальнем Востоке, Л. эту бы форель еще и поймал, но, увы, в пределах города Уфы – разживиться красной рыбой можно только в магазинах, а дешевле на рынках. Куда Л. и решает отправиться сразу после обеда.

Заглядывая в технический отдел, в котором мы работаем над вклейкой, Графов, уже вдохновленный своей миссией на завтрашнем празднике начинает рассказывать об этапах подготовки праздничного стола, причем рассказ по мере развертывания приобретает черты эпоса.

- Ну, все я отправляюсь за рыбой, – сообщает Л. С.

- Это. Куда? – протяжно спрашивает редакционный краевед Чечуга.

- Да, на рынок, страшное дело, километров 10. - Л.С. держит выразительную паузу и продолжает. - Придется добираться часа три. Я всегда беру рыбу там. Потом потащу эту махину домой, и буду всю ночь готовить.

- На какой такой рынок? - дотошно выясняет Алексей Львович.

- Ну, там знаешь, на окраине. Не помню, как эта улица называется, ну за заводом. – Графов недовольно морщиться: эти краеведческие подробности явно сбивают его с героического настроя.

- Красинский, что ли? – не отстает Чечуга.

- Ну да, самая окраина, пока туда доберешься, часа 3-4 пройдет…

- Ну, вот еще глупости, - разбивает эпическую картину А.Л.,- минут пятнадцать на 235 маршрутке.

Графов до глубины души оскорбленный таким резким снижением оценки его усилий вспыхивает:

– Ну не знаю я, какие  там маршрутки, с какими-то сложными номерами, я еду на трамвае, потом иду пешком, потом несу рыбу домой – все это часа три не меньше.

- 15 минут туда – 15 обратно – не сдается А.Л.

- Да, иди ты…, - окончательно обижается Графов и убегает.

Нелегко ужиться поэту и краеведу в одной редакции, - вздыхаю я.

Знаете ли вы свой истинный возраст?

Утро. В редакции тишина. Осенний дождик усыпил и авторов, никто не трезвонит, выясняя судьбу своего литературного подкидыша. Я читаю материал, вернее пробираюсь через бурелом стилистики.

Внезапно в кабинет заглядывает редактор отдела поэзии Графов. Не говоря ни слово, он леопардом проскальзывает к моему столу, многозначительно улыбается, и кладет передо мной лист бумаги. Вновь бросает на меня интригующий и, что уж тут скромничать, обожающий взгляд и так же стремительно исчезает. Предвосхищая что-то из серии: «Я помню чудное мгновенье..», с замиранием переворачиваю послание, уже нисколько не сомневаясь в том, что и мне будет, чем хвастануть перед потомками - вот вдохновляла лиру, была музой. А что делать, красоту не замажешь…

И, простите, что-что?! Я еще раз перечитываю заголовок. Остатки сна и грез безвозвратно, во всяком случае, на сегодня покидают меня.

З Н А Е Т Е   Л И   В Ы   С В О Й   И С Т И Н Ы Й   В О З Р А С Т? - решительно вопрошает меня рекламная листовка, предлагая пройти незамысловатый тест, для того, чтобы вероятно окончательно убедить меня ,что мои 36 уже пора бы читать наоборот.

Мрачно знакомлюсь с заданиями теста. Так, линейки у меня нет. До пола достаю, но с трудом, осталось выяснить состояние кожи. В это время дверь открывается настежь и появляется моя визави зам. редактора Ю.

- Привет! - улыбается она.

- Здорово, слушай, ущипни меня - озадачиваю ее.

Ю. замирает. По странному стечению обстоятельств она считает меня очень конкретной реалистической девушкой, не страдающей «прибабахами». А тут на тебе! В ее взгляде ясно читается: «Мы ее теряем». Чтобы подавить панику коллеги кратко излагаю несостоявшуюся романтическую историю и третий пункт теста. Юля человек азартный, и подключается к выполнению теста незамедлительно - ущипнув меня и, замерив время ликвидации на моем запястье предательского следа, она наклоняется к полу, чтобы определить уже свой истинный возраст. В это время на пороге возникает А.Л. - зав отдела публицистики. Как человек бывалый, а главное окончательно решивший ничему не удивляться, чтобы он не увидел в нашем кабинете, А.Л. протяжно «здравстуется», попутно все-таки интересуясь, чем это девушки тут развлекаются.

И теперь с тестом в руках уже А.Л. В отличие от нас А.Л. человек системный, и никак не может обойти первый пункт теста, требующий незамедлительно проверить свою реакцию методом ловли полуметровой линейки. Линейки у нас в кабинете нет. Нет ее и у А.Л. Но он уже включился в процесс тестирования, и вытаскивает из шкафа огромный кусок плинтуса, предлагая использовать его вместо линейки.

Я возмущаюсь, на мой взгляд, линейка явно превышает, указанные в тесте размеры. Такую и сомнамбула поймает! После небольших препираний, зав. отделом публицистики 15-сантиметровой линейкой меряет плинтус, мы с Ю. контрольно наблюдаем этот процесс.

За этим делом нас застает  главред.

- И чем это вы тут занимаетесь - раздается за нашими спинами грозный бас.

- Да тут дамочки тест проводят, - сдает нас А.Л.

- А Чечуга вытаскивает эту штуку и говорит, что она у него полметра. Ну, точно глазомер не в порядке, -  возмущаюсь я.

Е.Г. нежно краснеет и уточняет: «Какую, какую штуку вытаскивает?»

- Да вот эту! - показываю я на плинтус, который, кстати, 85 см.

-  А так это вы о линейке, а то я уж было подумал… – главред держит паузу и смеется. - Кстати что за тест?

И уже через минуту главный вместе с отсеком соревнуются, кто же лучше дотягивается до пола. Кто из них моложе, мы так и не выяснили, да это было уже не важно. Так как средний редакционный возраст, вероятно, совпал с журнальным, - 10-11 лет, в общем то время, когда детство в одном месте играет.

Помню как сейчас

Осень 2008 го – юбилейного для журнала года. Нам 10 лет. В связи с круглой датой – редакция напряглась и провела за 10 дней в библиотеках города 12 встреч с читателями. Творческие вечера прошли как-то не по-российски собрано. Библиотеки выполнили все условия безукоризненно – читатели вовремя сидели в читальных залах, задавали умные вопросы, стенды украшали художественно разложенные выпуски «Заливных лугов» за отчетный период. Не подкачала и редакция – члены коллектива безропотно и ко времени поспевали в самые дальние ответвления миллионного города: и в Затон, и в Дему,  и в Шакшу. В общем, все довольны друг другом, и сегодня завершающая встреча с заведующими городских библиотек. На ней главный редактор Егор Горюхин, зам. редактора Юля Гареева и я – как ответственная за проведение этой декады со стороны журнала.

Встреча проходит, как выражаются дипломаты в таких случаях в атмосфере взаимопонимания и открытости. Заведующие – естественно все без исключения женщины, буквально ловят каждое слово нашего главного, тем более что говорит он таким, низким густым и красивым басом. Юлия проникновенно читает стихи. Я благодарю всех за отличную организацию. И вот ответное слово берет принимающая сторона. На кафедру выходит очередная выступающая, и растроганно обращается к нам:

- Кто бы мог подумать что журналу «Заливные луга» уже 10 лет, ведь помню как сейчас сидели мы в этом же зале и праздновали первую годовщину этого великолепного журнала. И как будто бы и не было этого 10-летия. Главный редактор – такой высокий, солидный …

Здесь позволю себе небольшое лирическое отступление. Первый редактор «Заливных лугов», возглавлявший журнал почти 9 лет, был очень заметным мужчиной  - внушительный рост, иконописное лицо, и густая шевелюра. Его тезка, нынешний главный, как бы выразиться поточнее…, ничего общего по внешности с первым не имеет. Более того, его не богатырскую комплекцию, как-то невыгодно подчеркиваем мы с Юлей –  дамы в полном соку,  и минимум на полголовы выше.

Заведующая же  ничтоже сумнящися продолжает портретную зарисовку:

- Приятный мужчина с такими вьющимися длинными волосами.

Я скашиваю глаза, на лысеющий лоб главного, и как-то пытаюсь ужаться, этак сползти со стула, чтобы хотя бы в сидячем положении уравняться с Егором, справа от меня Юля начинает мелко вибрировать, сдерживая предательский смешок.

Заведующая же по-прежнему расписывает поразившую ее встречу и неожиданно завершает свою историю словами:

 – И,  несмотря на то, что прошло 10 лет, ничего не изменилось.

- Позвольте,- внезапно прерывает ее Егор, – как же ничего, я ведь маленький и лысый.

YES! – ГОВОРЮ Я ПРО СЕБЯ, что-что, а чувство юмора и  умение держать удар, немаловажные качества, для главного, у нашего, слава богу, есть.

Значит, Живем!